В глянце есть старая фраза-мем: “ушел писать книгу” (про уволенных редакторов). В моде тоже есть свой мем – “погрузился в архивы”. Вчера стало известно, что Ким Джонс, успевший поруководить мужскими Dior, Louis Vuitton и женским Fendi, объявил о запуске собственной марки. И да: “Я не хотел идти и изучать очередной архив. Я хотел заняться чем-то новым". Не он первый. Моя любимая Фиби после Chloé и Celine запустила собственную (и довольно успешную) марку; Франческо Риссо после Marni – Bureau of Imagination. Но главный пример – конечно, Том Форд, который после Saint Laurent и Gucci создал именной бренд и в итоге задорого продал его Estee Lauder, которая продолжает зарабатывать на духах и помадах. Но! Долгие годы считалось, что большому дизайнеру выгоднее продаться богатому конгломерату. Инвестиции в люксовый бренд могут составить $50 млн за первые несколько лет. Звездный дизайнер не привык делать что-либо на коленке. Он привык к многомиллионной зарплате, большой команде, дорогой разработке, масштабным показам. А еще нужны маркетинг, магазины, логистика, электронная коммерция. У независимых дизайнеров постоянно возникает проблема оборотного капитала: за производство нужно платить сегодня, а деньги от продаж придут через несколько месяцев. Головная боль. Но параллельно за последние пять лет, когда мы уже устали следить за тем, кто куда идет работать, возник и такой нарратив: корпорации берут креативных людей, выжимают их досуха и выбрасывают, причем цикл этот становится все короче. Талантливейший Эди Слиман все еще без работы после Dior Homme, Saint Laurent и Celine (!). К будущему Пьерпаоло Пиччоли в Balenciaga и Алессандро Микеле в Valentino тоже есть вопросики (хотя для меня Микеле – великий дизайнер, и быть может, лучше ему было создавать вселенную не для Gucci, а для себя). Ким Джонс – еще один смельчак, который пробует сам (и я прекрасно его понимаю:)). Бренд будет выпускать мужскую и женскую одежду, одновременно с запуском откроет магазин в Гонконге и online. Джонс говорит, что у него всего десять сотрудников и временами он “слегка паникует”, зато может делать все, что захочет. “Мы очень мобильны. Будем делать мебель. Будем делать что угодно. Если кто-то захочет, чтобы мы оформили ему дом, мы можем оформить дом”. Вот это я понимаю, стартаперский дух.