Четыре Пера - Воронеж

7 ноября 1917 года - один из самых чёрных дней в истории России. Власть в стране захватили люди, бывшие не только революционерами, врагами русского государства, но и патологическими ненавистниками русского народа. Да и вообще всего, что содержало хотя бы слово «русский». Наш народ лишился национального государства и оказался под властью доктринёрской секты марксистов, которых интересовали собственная власть и возможность осуществить безумные теории, вызревавшие в их воспалённом сознании. Часто - по-настоящему воспалённом, как у главы большевиков Ульянова-Ленина, страдавшего от менинговаскулярного сифилиса мозга. В феврале 1917 года большевики были никому не известной малочисленной ультрарадикальной партией. К тому же их идеи не имели популярности. Представьте себе российских либералов, в разгар войны с Чечнёй агитирующих за то, чтобы сдаться благородным горцам и платить им дань, и вы получите примерно то, что в ходе Первой мировой сватали народу большевики. Тексты большевистских лидеров, прежде всего главного идеолога Ленина, полны презрения к русскому народу - в соответствии с наказом учителей, завзятых русофобов Карла Маркса и Фридриха Энгельса. В СССР их подвергали цензуре, изымая из публикаций фрагменты, которые дышали ненавистью к русским. Даже сочинения вождя большевиков до 1991 года выходили с купюрами и были полностью изданы только в наши дни. Ведь многие пассажи по отношению к своему вроде бы народу вынуждают задуматься о том, как патологическая личность Ульянова-Ленина в принципе могла встать у руля государства. Стремительное накачивание большевиков деньгами началось весной 1917 года. У еле сводившей концы с концами партии, промышлявшей уголовщиной, чтобы накормить своих лидеров, живущих в эмиграции, их внезапно оказалось много. Денежных знаков хватило и на издание нескольких десятков газет с тиражами в десятки тысяч экземпляров, и на содержание банд головорезов под названием «Красная гвардия», и на организацию митингов и забастовок. Агенты большевиков просто подкупали рабочих, предлагая им не выходить к станкам на заводы.