Четыре Пера

Я, кстати, очень скептично отношусь к ультрамонархическому дискурсу "Всё произошло в феврале. После февраля страна катилась в пропасть. Ничего сделать было нельзя". Отсюда полшага до прилепинского дискурса "Большевики остановили развал страны либерахами". Именно коммунисты больше всего любят манипуляцию оптикой, мол февраль - самое страшное, а дальше большевики уже лишь неизбежное следствие (и даже с поисками позитивчика). Это, собственно, одна из линий красной апологетики. 1. Никакие самые мразотные февралисты - милюковы и савинковы, черновы и алексинские, в жизни не устроили бы и сотой доли того ужаса, который устроили большевики. Это просто два разных уровня зла. 2. Именно большевики устроили реальный распад страны, реальное подписание капитуляции в Бресте, реальное уничтожение промышленности и погружение в ад. 3. Противопоставление "сильных" большевиков и "слабых" февралистов в логике уважения к этой "силе" так же лживо. Это как противопоставлять маньяка-убийцу-расчленителя парковому эксгибиционисту, говоря, что первый "силен и последователен". 4. Шансов остановить сползание в пропасть при февралистах было немало. И Корнилов. И дальше могли быть варианты. В какой-то момент могла настать точка возврата. Особенно если бы Россия въехала в победу вместе с союзниками, пусть охромевшая, как это сделала охромевшая после Капоретто Италия. Большевистский переворот обеспечил невозврат на пути к катастрофе. Обратим, кстати, внимание, что сам Царь-Мученик в этой ультра-антифевралистской логике не рассуждал. Он был достаточно лоялен к временному правительству. В какой-то момент даже немного похваливал Керенского. К большевистскому перевороту он отнесся резко отрицательно как к окончательной катастрофе.