16 августа 1878 года редактор «Земли и воли» Степняк-Кравчинский среди бела дня перед царским Михайловским дворцом в Петербурге (ныне – Русский музей) заколол стилетом шефа жандармов Мезенцова. Первый громкий теракт в России. Цель террористов – раздуть в стране пожар революции Николай Владимирович Мезенцов 30 декабря 1876 года официально возглавил это ведомство, одновременно став членом Государственного совета и комитетов по делам Кавказа и Царства Польского. Тогдашний военный министр Д. А. Милютин писал о том, что тот «вёл дела гуманно» и не вступал с подследственными в столкновения. По мнению Милютина, по складу характера Мезенцов, «повеса» и в то же время набожный человек, не подходил для занятого поста. Друг Мезенцова ещё по Крымской войне, московский вице-губернатор Красовский, характеризовал его ещё более высоко: «Как человек Николай Владимирович был одарен всеми высокими качествами души; он был честен в высшем значении этого слова и шел в жизни всегда прямо и смело... Николай Владимирович никогда, нигде и ни перед кем не скрывал своих убеждений. Со всеми он был добр до безотчетности, и — что так редко случается — несмотря на своё высокое положение, он никогда не изменялся в отношениях своих к старым товарищам и приятелям. Идеалом его жизни была правда; он носил её в душе своей и искал во всем и везде... Всегда кроткий, веселый, простой, задушевный, готовый помочь, принести пользу, он служил в тяжелое время и понес немало трудов. Обладая громадною памятью и сильным здоровьем, он мог работать по 14 и 18 часов в сутки.» В ранге шефа жандармов Мезенцов в январе 1878 года предложил развернуть в России контрреволюционную пропаганду, посредством печатного слова среди простонародья, а в более образованных слоях через «кружки, имеющие целью препятствовать дальнейшему развитию революционных замыслов». Этот проект был отвергнут как излишне смелый, но предложенное Мезенцовым усиление сети секретных агентов, внедряемых в революционные круги и подотчётных только Третьему отделению, было поддержано и на эту цель были выделены 400 тысяч рублей. К концу 1870-х годов землевольцы в России перешли к тактике индивидуального террора, жертвой которого и стал шеф жандармов. Террористами - народниками был вынесен смертный приговор генералу за то, что он добился ужесточения наказания проходившим по «процессу 193-х» - самому громкому политическому процессу того времени в России. 4 августа 1878 года на Михайловской площади (ныне — площадь Искусств) в Санкт-Петербурге С.М.Кравчинский нанес ему смертельный удар кинжалом в брюшную полость и тут же скрылся вместе с товарищем на поджидавшем их экипаже. Мезенцов сразу не осознал опасности (глубокая рана, нанесенная тонким лезвием, не кровоточила наружу) и пешком дошел домой, где вскоре скончался. На панихиде присутствовали император Александр II и цесаревич Александр Александрович, министры и высшие сановники, члены дипломатического корпуса. Служил панихиду митрополит Исидор. В почётном карауле стояли эскадроны кавалергардского полка, конной артиллерии, конных жандармов, гвардейских жандармов, казаков. Н. И. Мезенцов был похоронен в фамильном склепе в Сергиевой Приморской пустыни. Убийца Н. И. Мезенцова — будущий писатель и публицист Сергей Кравчинский — сумел в суматохе бежать за границу, где впоследствии описал свой теракт в брошюре «Смерть за смерть» как месть за недавнюю казнь (по приговору суда) революционера - поляка И. М. Ковальского, который был приговорен за «пропаганду делом» — агитацию за вооружённое сопротивление властям, раздачу народу оружия для подготовки восстания и свержения русского самодержавия, а так же за вооруженное сопротивление при аресте. Сам Кравчинский в эмиграции продолжил активную агитационную и пропагандистскую деятельность против правительства Российской империи. Жил сначала в Швейцарии, потом в Лондоне. В 1885 году выходит его книга «Russia under the Tsars» (Россия под властью царей), в том же году она переиздаётся в Швеции, Франции, США.