https://t.me/valeriyatroitskaya/9101 https://t.me/valeriyatroitskaya/9100 Сегодня — серия постов писателя Валерии Троицкой о внешнем оккупационном контроле над «российской» «культурой»: в данном случае — контролем ФРАНЦУЗСКИМ, ибо фестиваль «антивоенных пьес» «Эхо Любимовки» (шмакозябры, в оригинальной Любимовке при СССР с аншлагом шла антиамериканская пьеса по стихам Евтушенко «Под кожей статуи Свободы») ПРОВОДИТСЯ В ПАРИЖЕ. Что логично: современный театр-кино-цирк — что бы ни говорили англичане — зародились ВО ФРАНЦИИ, т.е. люди УМЕЮТ — вот им и дали оккупационно-административный контроль над российским театром (что, как я уже говорил, логично). Кстати, старейший из непрерывно существующих театров, — внезапно, тоже ФРАНЦУЗСКИЙ: Комеди Франсез. Он до сих пор управляется на основе устава, который Наполеон подписал в захваченной Москве осенью 1812-го. У «Бони» что, в разгар «Второго Польского Похода» (русской кампании) других дел не было? Наоборот — человек ПОНИМАЛ: кто контролирует культурку — тот контролирует всё. При Наполеоне жалованье актёров «Комеди Франсез» возросло до 2к франков в месяц (на один франк в начале XIX века можно было купить 2 кило хлеба или 8 парижских багетов — то есть, в переводе на наши деньги, актёры, толкавшие со сцены темки Фармазонской Республики, получали ₽1-2 млн в месяц). А ещё при Наполеоне в захваченной Москве… э-э… ОТКРЫЛСЯ ТЕАТР. Неподалёку от нынешних Никитских Ворот. Понимал неистовый коротышка, что театр — это как ковровая бомбардировка. Метание стрел Париса прямо в ахиллесову пяту национального мозга. …То есть нет такой праворадикальный теории заговора, которая за последние пять дет бы не подтвердилась! Ну и я вот сейчас — уже год — пишу пьесу об СВО. Я знаю, что даже когда я её допишу, то её не напечатает ни один «толстый литжурнал» (один толстый литжурнал мне уже отказал, даже не прочитав); ее никто не издаст, ее никто не поставит, её никто не переведёт за госсчёт на инязыки (как переводили нетвоенщиков), ей не дадут литпремий и пр. и пр.: никакой мотивации писать в таких условиях — кроме собственной злости — нет. Но это, товарищи, лишь укрепляет нас на нашем пути! Воин, становись драматургом, ибо сегодня драматург становится воином! Сцена — это окоп, а окоп — это сцена! Пиши, товарищ, пиши! До полного изгнания наполеоновских орд с Земли Русской!