Эдвард Чесноков

По просьбе драматурга и журналиста Сергея Телевного рецензирую его пьесу «Платон — мне сын, кто может быть дороже?!» Подойду с ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ЧЕСТНОСТЬЮ (нельзя огульно хвалить только потому, что люди свои). На мой взгляд, пьеса выиграла бы, если бы название стало короче: как Горький хотел назвать своё «На дне жизни» — но в итоге вышло — лучше! — «На дне». «Гамлет», «Гроза», «Таня», «Дядя Ваня» — пусть и будет так же: «ПЛАТОН». Теперь к ПЛЮСАМ. Автор в первом же явлении разворачивает систему персонажей и их родственно-разведённые связи. Сразу же обозначает главный конфликт: учитель (в широком смысле) — и его ученики переходного возраста. «Шестиклассники вообще оторвы — уже не дети, ещё не подростки»; это писалось ДО дикой истории с уголовным наказанием учителя, урезонившего школьника-хулигана, — пьеса АКТУАЛЬНА. Тонко показана психология подростков — мальчиков, девочек. Последняя — приёмная дочь героя — заигрывает с ним, чтобы «заместить собой» мать, которую тот, по её мнению, увёл из прежней семьи, «разрушив их счастье».