Буква закона вместо цензуры: эксперт объяснила, как библиотекам работать с экстремистскими материалами Главный технолог Государственной публичной исторической библиотеки России Мария Белоколенко на семинаре в Центральном Доме Российской Армии (ЦДРА) разъяснила алгоритм действий библиотекарей при выявлении литературы, признанной экстремистской или созданной нежелательными организациями. Ключевой тезис эксперта: сотрудники библиотек не принимают самостоятельных решений о запрете или изъятии книг, а строго следуют букве закона. По словам Белоколенко, форматы доступа к документам зависят от социально-политической ситуации и регламентированы федеральными законами. Информация о запрещенных материалах публикуется на официальных ресурсах Минюста, ФСБ и Росфинмониторинга. На основании этих данных каждая библиотека обязана разработать локальные нормативные акты — приказы и инструкции по комплектованию, хранению и обеспечению особого режима доступа к такой литературе. Она выделила три основные категории риска: материалы с признаками экстремизма, литература организаций, признанных экстремистскими или нежелательными, а также произведения авторов из реестра иностранных агентов и террористов. Особое внимание Белоколенко уделила проблеме «старых» фондов. Даже если библиотека не закупает запрещенную литературу специально, риск остается высоким из-за постоянного обновления судебных списков. «Существуют прецеденты, когда, например, экстремистской признается статья в энциклопедии, изданной в 90-е или начале 2000-х годов. Такая литература может быть в любой библиотеке: массовой, военной, научной», — привела пример эксперт. Отвечая на вопрос о балансе между безопасностью и открытостью библиотечного пространства, она подчеркнула, что библиотекари не обладают полномочиями по самоцензуре. «Сами библиотекари не принимают никаких решений относительно того, закрыть какую-то литературу, открыть её, популяризировать или, наоборот, списать как непрофильную. Библиотеки следуют тому, что принято законом, решением официальных судебных инстанций», — отметила Белоколенко. Таким образом, безопасность библиотечного фонда обеспечивается не интуитивными решениями сотрудников, а четким механизмом реагирования на официальные предписания государственных структур.