В карбюраторе конденсат 🇷🇺

Вы не поверите, эти несчастные 84% были взяты даже не с потолка. Итак, «32% женщин имеют среднюю созависимость, 36% — высокую, ещё 16% — очень высокую». Эти цифры получены в работе О.В. Морозовой, где участвовали 25 супружеских пар — то есть всего 25 женщин. Их протестировали по конкретной шкале созависимости Спанн—Фишер (адаптированной российским психологом). Результат: 4 женщины — низкий уровень, 8 — средний, 9 — высокий, 4 — очень высокий. То есть исходная научная формулировка примерно такая: «в данной небольшой выборке из 25 женщин получено такое распределение баллов по конкретному опроснику». Для сравнения — по той же методике, например, было проведено исследование 200 медсестёр в Мексике. И там по ней созависимость выявили у 20,5%, а у 79,5% — нет. Есть и более обширные данные, причем не по всем парам, а парам из группы риска: свежий обзор 18 исследований с 2299 жёнами мужчин, употребляющих алкоголь, обнаружил показатели созависимости от 25% до 98%* в зависимости от исследования. Сами авторы отдельно отмечают огромную вариативность методик, порогов и условий набора участников — поэтому эти проценты напрямую сравнивать нельзя. * Самые высокие показатели были при больницах, кризисных центрах и естественно, они были связаны с личной агентностью самих женщин и уровнем поддержки. И обычно исследователи признают и делают оговорку, что «созависимость» — неоднозначно определяемый конструкт, который разные исследования операционализируют по-разному. Даже научная литература прямо говорит о множественности подходов к его определению и измерению. Только у блоггеров и лоббисток все однозначно и понятно. Так что женщины без созависимости, разумеется, существуют. Более того, в том самом исследовании, из которого вытащили вирусные цифры, такие женщины составили 16% выборки, это 4 из 25.