Сейчас сложно поверить, что в 1878 "Бесприданница" провалилась и в Малом и в Александринском театре, а критики обсуждали, что Островский исписался. В Петербурге пьесу показывали до 1882, в Москве - до 1891 и пожалуй успели забыть к тому моменту, когда её вернули на сцену с Комиссаржевской, сыгравшей Ларису уже над мужчинами, осенью 1896 года. Прошло сто пятьдесят лет, и независимый театральный проект «а39» перекладывает "Бесприданницу" на манер театра кабуки, отдавая мужские роли женщинам, а женские - мужчинам. Кабуки, как театр купеческого сословия, с жанром бытовой драмы о долгах, договорах и продаже девушек из разорившихся крестьянских и посадских семей в весёлые кварталы, как нельзя кстати пришёлся к певцу русской купеческой жизни Островскому и к "Бесприданнице" в частности. Вчера я побывал на генеральном прогоне "Ласточки моей" - так называется пьеса по мотивам, поставленная Олегом Глушковым и Элизабет-Александрой Дамскер, которая переносит переосмысленных персонажей Островского в японскую оптику. У Островского же Ласточка - это название парохода Паратова, впрочем герои в весьма вольных диалогах связывают классический сюжет с современными реалиями. Безумно смешной Кнуров в каркасе гвардаинфанте как у героинь полотен Веласкеса и в багровом тулупе при бобровом воротнике как сам портрет Островского, склизкий Вожеватов в изящном серо-полосатом наряде с самурайскими церемониальными крылатыми плечами и никчемный малохольный Карандаш, который появляется сначала в плащ-палатке, а потом разоблачается до фиолетово-жёлтого. Паратов, конечно, эффектный, его играет Дамскер, появляется ярко, гарцует как казак, и действительно выигрывает у соперников, которые на его фоне выглядят ткачихой, поварихой и бабарихой. Харита Игнатьевна прям отвратная, как будто взята из российских сериалов, на сцене она мельтешит в максимально насыщенном жёлтом кимоно, орудуя веером и с причёской замужней женщины, раздутой до размеров парадной укладки женщины публичной. Ларису узнаём по прическе девушки на выданье с красным шнуром и белыми цветами, большую часть действия она в бледно-голубом, но случаются и неожиданные перемены костюма. Отдельного поклона заслуживает самый очаровательный колченогий трикстер как фигура рассказчика. Мы понимаем, что в Бряхимове не было огороженного квартала, где Лариса должна была бы годами отрабатывать долги Хариты Игнатьевны, впрочем, ей бы не светила и возможность юридически оформленного контракта, в котором прописывается срок службы и сумма выкупа. И это делает её положение в известной степени более сложным. Что касается покупателей, то разыгрывание девушки в орлянку хоть и соответствует духу японского обычая, когда куртизанку оценивали в зависимости от её ранга, срока службы и доходности, но всё-таки Кнуров и Вожеватов за Ларису даже не торгуются, а делят её наудачу. Зеркальная расстановка ролей тоже находит свое историческое обоснование, ведь Кабуки основала женщина и труппа изначально была женской, пока женщин на сцене не запретили, заменив юношами, а юношей чуть позднее - взрослыми мужчинами. И театр женщин, игравших мужчин, стал театром мужчин, играющих женщин. В сочетании с потрясающими костюмами работы Ольги-Марии Тумаковой, от которых невозможно оторваться, мы видим грим, построенный на белилах и графике. Выбеленные лица, вычерченные напомаженные до блеска парики, маленький красный рот у женских персонажей, красная краска на шее у дам под подбородком обрезает лица как отдельно надетые маски. В 1928 году Эйзенштейн посетил гастроли театра кабуки в СССР и написал, что звуковому кино у японцев следует учиться сводить зрительное и звуковое к общему физиологическому знаменателю. На мой взгляд, труппе и тандему режиссёра Глушкова и композитора Александра Липского это удалось. Выходя со вчерашнего прогона, я подумал, что это пожалуй лучшее из увиденного мною в театре в этом году. Премьера "Ласточки моей" в а39 состоится в октябре. Думаю, ещё раз схожу посмотреть на сцену с задником в форме борта парохода - сценография Маши Левиной, с великолепным японским отыгрышем, смешными диалогами и кстати приятной музыкой