Самое важное, о чем мне удалось поговорить с Михаилом Пиотровским, это не перманентный директоропад в Москве, не ограбление Лувра и даже не истерики вокруг «колониальных музеев», а очень конкретный и прямой вопрос: будут ли возвращены из Эрмитажа светильники Мавзолея Ходжа Ахмеда Ясауи в Казахстан, вывезенные из города Туркестана в 1935 году в Ленинград на временное хранение. Что за светильники? Светильники XIV века, прекрасный пример исламского прикладного искусства, некогда подаренные Тимуром мавзолею Ходжа Ахмеда Ясауи и находившиеся в нем до начала XX века. Всего было 6 таких светилников. В Эрмитаже оказалось, можно сказать, два с половиной. Куда делись еще три? Эти три светильника были украдены в 1905 году и в итоге проданы Лувру, где и находятся по сей день. Лувр возвращать краденное не планирует. А что Эрмитаж? Вместе со светильниками из Казахстана были вывезены и другие предметы. Считалось, что на месте они не находятся в достаточной безопасности и в подходящих условиях хранения. Но формально вывозили на временное хранение. Тогда в музей попал и колоссальный тайказан, ритуальный богато украшенный бронзовый котел, который в 1989 году Эрмитаж передал назад в Казахстан, и сегодня он экспонируется в самом мавзолее. Михаил Пиотровский говорит о возврате светильников следующее: с музейной точки зрения я считаю, что трогать их не следует: пусть они остаются в Эрмитаже и продолжают выполнять свою роль как памятники тимуридского искусства. Котел, вернувшись в мавзолей, занял там естественное место. Но в Эрмитаже он участвовал в более широком рассказе об истории мусульманского искусства, где воспринимался как выдающийся шедевр. Теперь же он стал частью повествования об истории ислама в Казахстане. Это разные контексты. Чтобы понять его точку зрения, читайте интервью полностью и в особенности первую часть нашего разговора, как раз посвященную деколонизации музеев и реституции. Не случайно я с этого начал, поскольку тема светильников меня интересует на самом деле