Примерно раз в несколько лет мировые СМИ облетает новость: обнаружена очередная работа Микеланджело. Заголовки кричат о сенсации, специалисты морщатся, проходит время - и никто уже не помнит, о чём был разговор. Уильям Уоллес, крупнейший из ныне живущих знатоков великого флорентийца, подсчитал: с 2000 года таких атрибуций набралось около сорока пяти. Ни одна из них не вошла в историю. На этот раз всё обстоит чуть иначе. Валентина Салерно - римлянка, актриса, автор беллетристики - десять лет назад задумала написать роман о Микеланджело. Для романа понадобился материал, материал привёл в архивы, архивы затянули. В итоге романа, судя по всему, нет, зато есть претензия на атрибуцию: мраморный бюст Христа в базилике Сант-Аньезе-фуори-ле-Мура, которому пятьсот лет и который в каталоге министерства культуры числится за безымянной римской школой, по её версии вышел из рук мастера. Свои выводы она строит не на стилистическом анализе и не на технической экспертизе, а на документах - завещаниях, нотариальных записях, инвентарях церковных братств, членами которых состояли Микеланджело и его ученики. Среди находок - свидетельство о некоем «пакте нерасторжимости»: после смерти мастера его ближайшее окружение якобы договорилось хранить часть работ в тайне, в комнате с тремя замками и тремя ключами у трёх разных людей. Звучит как готовый сюжет для того самого романа. Академическая среда реагирует привычно - молчанием. Большинство специалистов по Ренессансу просто отказались комментировать. Частично это профессиональная брезгливость, частично - осторожность после недавнего конфуза с Christie's, где эскиз ступни, приписанный Микеланджело, ушёл за 27 миллионов долларов, хотя часть экспертов убеждена, что это копия. Что делает историю неожиданно живой - так это Стендаль. Писатель ещё в XIX веке стоял перед тем же бюстом в той же церкви и писал, что готов поклясться: это Микеланджело. Интуиция великого писателя против консенсуса профессионального цеха - расклад, при котором заранее не очень понятно, на чью сторону встать. Впрочем, один голос всё же прозвучал. Кардинал Мауро Гамбетти, управляющий собором Святого Петра, включил Салерно в комитет по подготовке ватиканской выставки к юбилею Микеланджело. Коллеги по комитету - люди с учёными степенями и десятилетиями архивной работы за плечами - встретили это решение с нескрываемым изумлением. Бюст стоит на своём месте. Министерство культуры его не переатрибутировало. История, скорее всего, затихнет - как затихли сорок пять предыдущих. Но осадок остаётся: иногда первым замечает нужную вещь именно тот, кому по всем правилам это не полагалось