Бубен шамана В деревне Керабари через местного юношу я попал в дом гурунгского шамана и записал его ритуал. По строгой племенной традиции, статус жреца (по-гурунгски – пачу) передается по наследству от отца к сыну через долгие годы зубрежки мифов и ритмов. Но здесь, в смешанной деревне, на стыке культур, шаманы часто принимают универсальные правила игры, заявляя, что дар обрушился на них через мучительную одержимость духами или даже после мистического похищения хозяином джунглей. Мы ждали шамана в хозяйственном помещении у открытого земляного очага. В гималайских домах это не просто кухня, а сакральный центр – место, где в тепле и дыму, как считается, обитают духи предков (питри). Именно здесь, у огня, испокон веков совершаются все таинства. Наконец появился джанкри (общенепальское наименование шаманов). В руках он держал барабан (дьянгро), мисочку с сырым рисом и белую ткань. Рис (чамал) и некрашеная ткань (сето капада) – базовый арсенал любого джанкри или пачу в Гималаях, выполняющий практические функции. Сырой рис не только подношение горным божествам: начитав на него мантры, лекари превращают зерна в «энергетические пули» и резкими бросками отгоняют зловредных сущностей, либо гадают по брошенной горсти. А белая материя в ритуалах возвращения души обозначает чистую тропу, по которой приманенная душа больного должна безопасно вернуться в тело. Но в нашем случае они так и остались лежать в стороне. Главный инструмент шамана, барабан дьянгро, символизирует ось мира. В отличие от нарядных поделок, которыми часто хвастаются в туристических районах, рабочий бубен деревенского жреца был сугубо утилитарен: грубая кожа, никакой сложной резьбы или декоративной рукояти, по краям обода торчала невыделанная шерсть. Внутри рамы скрывались связки железных трубочек и колец. В непальской традиции холодное железо служит главным оружием против демонов. Поверх бубна джанкри положил массивные четки из семян рудракши. Это классический элемент индуизма, указывающий на связь шаманской практики с культом Шивы – согласно поверьям, именно он считается первошаманом и верховным покровителем всех джанкри. На бусах поблескивал латунный колокольчик для призыва духов-помощников и ритмического сопровождения транса. В отличие от более диких, архаичных практик чепангов, в ритуалах гурунгов вообще чувствуется сильное влияние тибетского шаманизма Бон и индуизма. Прежде чем начать, шаман коснулся инструмента, груди и лба, а затем сделал резкий смахивающий жест в сторону. Для него барабан – не кусок дерева, а живое существо. Этим адаптированным индийским пранамом он запрашивает разрешение на работу, переносит сакральную силу на себя и отсекает мирскую скверну. Так шаман показывает готовность стать проводником и связывает свое тело, разум и инструмент в единое целое. Затем джанкри надел рудракши на шею и начал камлание. Удары изогнутой палочкой по барабану погружают шамана в транс, а сам барабан служит ему мистическим конем – на нем он путешествует между мирами духов, чтобы вернуть украденную душу больного или изгнать демона. С каждым касанием металл внутри бубна издавал резкий лязг, который вплетался в глухой гул кожи, создавая рваный, гипнотический ритм. Завороженный, я следил за действом, а потом взял из рук джанкри палочку и попытался повторить его ритм, чтобы вслед за ним вступить в неизведанный мир. Еще секунда, и я превратился бы в очередного экзальтированного паломника-европейца, но тут ко мне подползла кровожадная пиявка и вцепилась в ногу...