Знатоки турецкого, а расскажите, пожалуйста, о чем этот лавкрафтианский монолог, полный, судя по всему, поклонения и трепета. Потому что мы поняли только гюзэль и кабармаааа шактидэ — "надулся", "распушился" и т.п. А здесь, видимо, что-то ритуальное совсем. Не оставьте в неведении, спасибо.