Как уже не раз говорилось, нынешняя война — в гражданской ее части — идёт за хрестоматию по русской литературе. Подлинно священная война. За речь, за слово, за те самые ценности. За то, что определит жизнь русского читателя — и, что важнее, русского коллективного "я книги не читаю" — на десятилетия вперёд. Учитывая имманентную хрестоматиям инерционность — возможно, на века.