Сезонная подборка книг, которые можно найти в «Буревестнике»! 1. «100 ужасов Станислава Зельвенского». Курьёзные, недооценённые или незаслуженно забытые — именно так обозначил свою подборку фильмов критик Станислав Зельвенский, в которой каждому из сотни выбранных фильмов соответствует одна связанная с ним фобия. 2. «Диавола» Торн Дженнифер. Анне предстоит нелёгкое испытание — идиллический отпуск с семьёй в Италии. Анна в своей семье — белая ворона: и старшая сестра, и брат-близнец, и родители не скрывают своего разочарования её судьбой и карьерой. Однако девушка твёрдо намерена насладиться вином и атмосферой сельской Италии. Вот только очаровательный старый дом, который они сняли на время отпуска, пользуется в округе дурной славой, а Анну преследуют странные видения. 3. «Словно мы злодеи» М. Л. Рио. Каждый семестр постановка шекспировской пьесы меняет жизнь студентов, превращает их в злодеев и жертв, королей и шутов. В какой-то момент грань между сценой и реальностью становится зыбкой, театральные страсти становятся настоящими, пока, наконец, не происходит трагедия… 4. «Зверь» Кармен Мола. 1834 год. Мадрид во власти эпидемии холеры. Но не только смертоносная болезнь держит в страхе жителей города: в бедных кварталах всё чаще стали находить растерзанные тела людей. Все считают, что эти убийства совершает огромное животное, которое стали называть Зверем. Когда исчезает 11-летняя Клара, её старшая сестра Лусия, не задумываясь об опасности, бросается на поиски. К ней присоединяются ведущий собственное расследование репортёр Диего, его старый приятель полицейский Доносо и необычный монах, владеющий боевыми искусствами, — брат Браулио. 5. «Нормальное и патологическое» Жорж Кангилем. Кангилем — философ и врач, который специализировался на эпистемологии и философии биологии. В своём исследовании он размышляет о том, действительно ли патологии противоположны норме, что вообще в действительности значит «нормальное» и возможно ли в категориях «патологического» и «нормального» найти отзвуки самой жизни. 6. «История безумия в классическую эпоху» Мишель Фуко. Попытка проанализировать и интерпретировать представления о сущности сумасшествия в европейской культуре XVII–XIX веков. Фуко обращается к средневековым медицинским трактатам, народным суевериям прошлого и литературным образам, задаётся вопросом, как менялись представление о безумии и отношение к нему в обществе и, главное, как появился на свет человек разумный, взявшийся судить безумного.