Кому экономическая катастрофа, а кому – сверхприбыли. Карл Маркс рыдает в могиле. Сбербанк отчитался за восемь месяцев по российским стандартам учёта, и на фоне бюджетной статистики цифры выглядят почти вызывающе. Чистая прибыль — 1 триллион 332,7 миллиарда рублей, рост на 19% год к году. Рентабельность капитала — 22,9%. Один только август принёс 169,1 миллиарда, на 14,2% больше прошлогоднего результата. Чистые процентные доходы за восемь месяцев прибавили 24,8% и достигли 2,44 триллиона рублей. Механика прозрачна: при дорогой ключевой ставке банк живёт на разнице между кредитами, которые дороги сразу, и вкладами, которые дорожают с запозданием. Комиссионные доходы, напротив, замерли — 475,9 миллиарда и символический прирост в 0,1%. В августе они и вовсе просели на 4,2%, что в банке объясняют изменением тарификации транзакционных сервисов. Формула знакомая: где перестают платить клиенты, выручает ставка. Расходы на резервы и переоценку кредитов составили 532,3 миллиарда рублей, причём августовская динамика связана с ослаблением рубля. Операционные расходы выросли на 14,9%, до 806,7 миллиарда, но отношение расходов к доходам улучшилось до 25,7%. Банк подрезает издержки аккуратнее, чем наращивает доходы. Средства населения с начала года прибавили 3,9% и достигли 34,5 триллиона рублей, однако за август в реальном выражении снизились на 0,3%: школьные сборы и остатки отпускного сезона сделали своё дело. Деньги юридических лиц выросли за месяц на 5,7%. Получается любопытная симметрия. Государство за те же восемь месяцев ушло в минус на 5,8 триллиона, крупнейший государственный банк — в плюс на 1,3 триллиона. Часть прибыли вернётся в казну дивидендами, но до тех пор дорогая ставка будет работать на банковскую маржу и против бюджетных расходов. Смягчение денежной политики, которого ждёт промышленность, ударит по этой марже первым делом. Оттого решения Банка России в Сбербанке читают внимательнее, чем собственную отчётность. #россия @babr24