Bunin & Co

«Со своей стороны будем делать все для того, чтобы Вас поддержать. Конечно, мы понимаем: вопросов и проблем достаточно. Но должен сказать, что и Вы, и члены Вашей семьи относитесь к республике как к своей малой родине и, уверен, сделаете все, что от Вас зависит, для развития республики», - с таким напутствием президент России Владимир Путин обратился к ВРИО главы Южной Осетии Марату Камболову. Вечером 13 июля в Кремле прошла их встреча. Впереди досрочные президентские выборы в Южной Осетии. Они намечены на 18 сентября 2026 года. Мы уже писали о том, как стремительно развивается карьерная траектория Марата Камболова на югоосетинском направлении. Сначала советник теперь уже экс-президента Алана Гаглоева, затем – премьер-министр. Парламент Южной Осетии единогласно проголосовал за утверждение Марата Камболова на должность председателя правительства 16 июня 2026 года. Через неделю после этого Алан Гаглоев ушел в отставку в связи с переходом на работу в администрацию российского президента. Камболов после этого стал ВРИО главы Южной Осетии. Впереди выборы, но ключевые политические силы республики уже заявили о поддержке кандидатуры Камболова. Лидер партии «Единая Осетия» Ацамаз Бибилов официально заявил о вхождении в инициативную группу в поддержку нынешнего ВРИО. «Коммунистическая партия Республики Южная Осетия заявляет о решении войти в инициативную группу по выдвижению Марата Аркадьевича Камболова кандидатом на должность Президента РЮО», - узнаем из официального релиза этой политсилы. В объединении «Ныхас» считают, что главный претендент на президентство «обладает необходимым опытом и компетенциями для решения актуальных задач развития республики». В общем, небольшой югоосетинский политикум, который ранее раздирали противоречия, решил консолидироваться вокруг фигуры «варяга». Позиция Москвы также ясна на все 100 процентов. В былые времена выборы в Южной Осетии могли приносить неожиданные результаты. В 2017 году предпочтительного для Кремля претендента Леонида Тибилова обыграл Анатолий Бибилов, а через пять лет и его самого потеснил Алан Гаглоев, на тот момент оппозиционный политик. И это мы еще не говорим про внутриполитический кризис в республике в 2011-2012 гг., спровоцированный президентской избирательной кампанией. Не забудем и про победу Эдуарда Кокойты в 2001 году, хотя на тот момент Москва предпочитала кандидатуру Людвига Чибирова. Нынешняя же консолидация почти всех партий республики вокруг фактически «единого» кандидата превращает кампанию скорее в плебисцит об утверждении согласованного преемника, чем в выбор между различными внутриполитическими курсами. В «геополитическом» плане конкуренция и в прежние времена отсутствовала. Новый договор между Москвой и Цхинвалом, выдвижение Камболова и переход Гаглоева в администрацию президента России усиливают признаки де-факто включения югоосетинского управления в российскую государственную систему. Что, впрочем, не означает формального включения республики в состав РФ. Наиболее вероятная задача перестановок в Цхинвале - не немедленное присоединение Южной Осетии к России, а установление более строгого контроля над финансами, кадровой политикой и выполнением российских инвестиционных программ. Сергей Маркедонов