Пиджачок Че

Медведи, чума, выборы и прочие неприятные обстоятельства жизни. Вообще человек очень хочет, чтобы кто-нибудь большой и сильный однажды организовал ему жизнь. Чтобы медведи не ели людей, чума не просачивалась в города, а на выборах всё было понятно без гадания по кофейной гуще. Вот с медведями как-то особенно обидно. Мы же не хотим их убивать. Медведь — тоже человек… ну, в смысле, почти человек. Большой, волосатый, с когтями, но в душе, возможно, прекрасный. Хотелось бы, чтобы кто-нибудь большой и сильный пришёл, поймал всех медведей, отвёз куда-нибудь подальше от посёлков, выдал каждому участок леса и сказал: — Живите счастливо. Только людей больше не ешьте. А медведь такой: — Хорошо. И все разошлись. Но почему-то вместо этого медведи ходят по улицам, заглядывают в окна и иногда вытаскивают оттуда людей. Как именно так получилось, что медведь оказался в посёлке, никто толком не понял. Как никто не отследил, как он туда попал. В итоге человек должен сам следить за окном, дверью и собственным аппетитом медведя. С чумой примерно такая же история. Чуму изучают в специальных институтах. Наверняка там всё очень серьёзно. Четвёртый уровень опасности, специальные помещения, защита, инструкции, люди в белых халатах. И нам очень хочется верить, что если где-нибудь случайно пробили дырочку, разбили колбочку или забыли закрыть какую-нибудь дверь, то за ней стоит другой человек в белом халате и говорит: — Так. Стоп. Давайте не будем выпускать чуму в город. Потому что в идеальном мире так и должно быть. Но в реальном мире чума каким-то образом оказывается снаружи, медведь оказывается под окном, а гражданин оказывается между ними и пытается понять, почему опять он. С выборами всё проще. Тут хотя бы заранее известно, что удивляться особо нечему. Кому-то не нравится «Единая Россия», но она по-прежнему в большинстве. Даже без бензина, даже на фоне разговоров о мобилизации, даже при весьма вероятных новых ограничениях, включая запреты вокруг абортов. Кто-нибудь привычно скажет: — Ну нас опять обманули. Но мы-то понимаем: народ у нас не такой простой. Народ голосует не как один. Кто-то вообще не голосует. Кто-то голосует за красных. Кто-то за новых. Кто-то за справедливых. Кто-то за медведей. Хотя медведи, насколько известно, пока свою партию не зарегистрировали. В общем, никакого единства. Разброс, шатания, политическая мысль во всём её естественном многообразии. И всё это было бы даже смешно, если бы в какой-то момент не возникало простого вопроса: А нельзя нам хотя бы иногда пожить так, чтобы взрослые, которые отвечают за происходящее, действительно отвечали за происходящее? Чтобы медведь жил в лесу. Чума — в институте. Выборы — на выборах. А человек — просто человек. Но, видимо, это уже программа минимум на следующий электоральный цикл.