Вокруг учебного корпуса Малой академии наук РС(Я), открытого в 2022 году, все еще разворачиваются судебные баталии на... Вокруг учебного корпуса Малой академии (https://t.me/cheornyj_nal_politic_i_pravosud) наук РС(Я), открытого в 2022 году, все еще разворачиваются судебные баталии на сотни миллионов рублей. Несмотря на торжественно открытый в 2022 году учебный корпус Малой академии наук РС(Я), построенный на средства Роснефти, пропущенные через Целевой фонд будущих поколений РС(Я) (далее – Фонд), вокруг этого объекта всё ещё разворачиваются судебные баталии. Ранее сообщалось, что корпус Малой академии наук могут потребовать доплатить ещё 100 млн рублей, так как в августе 2024-го Фонд вдруг потребовал от подрядчика «Адгезии» подписать акт приёма-передачи имущественного комплекса МАН на сумму 1 048 315 тыс. рублей, хотя в 2023 году сторонами были подписаны документы на 1 147 561 тыс. рублей. Однако суд 14 февраля 2026 года в этом требовании Фонду отказал, указав, что раз акт на большую сумму был подписан и не оспорен, то и оснований для принуждения к подписанию уценённой версии нет. И вот 27 марта 2026 года арбитражный суд поставил очередное многоточие в очередной главе этого строительно-судебного романа, рассмотрев иск самой компании субподрядчика «Силим» к генподрядчику «Адгезии». ООО «Силим» потребовал доплатить 126 615 869 рублей за этот учебный корпус построенный ими, ссылаясь заключению госэкспертизы. В цепочке взаимоотношений «Силим» работал напрямую с «Адгезией», а та уже, как агент, отчитывалась перед Фондом. Арбитражный управляющий «Адгезии», так как с октября 2025 года она находится в банкротстве, просил в иске отказать, в том числе ссылаясь на пикантную деталь: директор ООО СК «Силим» Александр Габышев и директор ООО «Адгезия» Ариан Габышев — родные братья, что, согласитесь, добавляет семейного тепла в спор о сотнях миллионов рублей. Фонд будущих поколений, привлечённый третьим лицом, в деле от иска «Силим» также открестился, заявив, что не является надлежащим ответчиком по обязательствам «Адгезии». Фактически позиция Фонда: мы наняли агента, деньги ему перечислили, а уж как он там договаривался со строителями — не наши проблемы. Суд 27 марта, по сути, вынес приговор «бумажному» удорожанию объекта – отказав в иске, объяснив это тем, что корректировочные акты на 126 млн рублей были составлены «Силим» в одностороннем порядке с применением некоего коэффициента, взятого из заключения госэкспертизы. Однако этот коэффициент, по нормам Минстроя, применяется для корректировки цены контракта на стадии его заключения, а не для перерасчёта уже выполненных и принятых работ. Кстати, в 2018 году, когда Целевой фонд будущих поколений РС(Я) и «Адгезия» только подписали первые бумаги, стоимость всего проекта по агентскому договору составляла скромные 534,3 миллиона рублей, а договор подряда с «Силим» и вовсе был заключён на 431,7 миллиона. Затем, словно под действием магии, цифры начали карабкаться вверх: к январю 2019-го — 543,1 млн, к июлю 2020-го — уже 713,1 млн, а к октябрю того же года — 724,9 млн рублей. Но настоящий взрыв случился в марте 2021 года, когда дополнительным соглашением ценник взлетел до 1,03 млрд рублей. В декабре 2021-го при сдаче объекта в акте КС-11 зафиксировали уже 1 147,6 миллиона рублей, а в июле 2022 года госэкспертиза выдала финальный вердикт: 1 252,4 миллиона рублей. И это при том, что вознаграждение агента — компании «Адгезия» — на всём этом пиршестве цифр так и осталось зафиксированным на уровне символических 100 тысяч рублей. И вот тут самое время задаться вопросом: а зачем вообще была нужна эта сложносочинённая конструкция с агентским договором? У Фонда были деньги, у «Адгезии» — статус агента с вознаграждением в смешные по меркам стройки 100 тысяч рублей, а у «Силим» — собственно лопаты и бетон. Зачем было создавать цепочку Фонд—Адгезия—Силим, если можно было нанять подрядчика напрямую?