"Старый педагог", как она сама себя назвала, из православной гимназии обратилась к актёрам-школьникам: «Я к вам от учителей, особенно учителей возрастных, потому что привыкли как раньше: не слышать детей, не слышать их проблемы, нести им свою истину. Нам, педагогам, кажется, что мы делаем всё правильно, вот как должно быть. Оказывается, это так не должно быть. Это для нас удобно. Это для нас удобно, чтобы вы молчали, не слушать вас. Спасибо, что вы говорите, это важно.» В драмтеатре Братска ученики 16й школы показала спектакль, который собрали сами: тему и форму выбрали ребята, педагогов и постановку поддержала компания «Русал». Это было потрясающе, это была исповедь нового поколения братчан. Да, ожидали детский спектакль, а получили жёсткое, честное и не во всём приятное для признания искусство. Спектакль шёл 40 минут, зрители обсуждали его примерно столько же. Зрители говорили не о красивой игре, а о том, что задело по-живому. Плакали и видели на сцене себ: маму в отражении ума ребёнка, настоящую. С ней были пятиклассники счастливые, что попали на спектакль. Другие узнали гиперопеку и неравенство по отношению со стороны учителей. Это был не спектакль, а жизнь человека, которую можно прочувствовать. Душевно, понимающе. Из зала прямо просили: пусть таких спектаклей будет больше, пусть меценат услышит. Отдельно благодарили за первую любовь — тему, о которой родители и учителя обычно не готовы говорить. Рассказать о ней в том возрасте, когда она только происходит, совсем не то же самое, что вспоминать её в тридцать. Это другой тип переживания и большая смелость. Педагогам и режиссёрам спасибо за тренинги: ребята смогли это проговорить и нашли форму, в которой доносить было комфортно. Спросили, кто придумал три минуты молчать. Со сцены ответили: идея одной девочки из Казани — есть что сказать, но на сцену это по разным причинам не выходит. В Братске вдохновились все вместе, выделить кого-то одного нельзя. Зрители просили не стесняться стихов и крупных тем. Буллинг и любовь — то, что нужно слышать, особенно тем, кто в этом плохо разбирается. Девочка узнала историю своей травли: в классе и в лагере, где её довёл весь отряд, помогали только две, хотелось уехать. Потом перевели к младшим, и там нашлась поддержка. Учителя жалели, что на спектакле нет руководства 16-й школы: это надо показать родителям на собраниях. Взрослые и дети слишком редко пересекаются: «мама, дай денег, я приду поздно». Педагогам и родителям чаще проще не слышать. Им кажется, что они делают правильно, а на самом деле так просто удобно им. И хоть некоторым кажется, что каждое следующее поколение хуже, сцена отвечает иначе: пока вы живёте, любите, ссоритесь, расстраиваетесь и поднимаете такие темы, безнадёжными их не назвать. Пусть говорят дети, а не взрослые за них. Сами актёры вспоминали лабораторию как странную и тяжёлую работу. Сначала почти незнакомые, валялись на полу, рисовали, не понимали, зачем это. А потом сами вместе делали афишу. Кто-то ждал роль крутой бабушки-бригадирши, а сыграл себя — скрытого человека, которому трудно открыться. Были слёзы и смех. За неделю узнали каждый угол драмтеатра, сблизились, благодарили педагогов за терпение и за надежду выйти на большую сцену, близких — за то, что пришли. В финале прозвучало главное: пусть тема не останется в зале. Придите домой и смогите искренне о чём-то друг с другом поговорить. Спектакль прошёл один раз. Сегодня будет другой: похожий, но иной, от взрослых сотрудников БрАЗа. А 5го - опять школьники, 14я школа. Вход по приглашениям, ищите на заводе и в школах.