Borisenko Dmitriy

Армения и Беларусь внезапно устроили дипломатическую перестрелку внутри ОДКБ — организации, которую ещё недавно пытались продавать как «альянс союзников», а теперь она всё больше напоминает чат соседей с взаимными претензиями. Спикер парламента Армении Ален Симонян фактически назвал Беларусь «российской губернией». По его словам, Ереван не собирается превращаться в ещё одну территорию, где всё решается в Москве — от политики до информационной повестки. Минск ожидаемо обиделся. Белорусский МИД заявил, что республика сама решает, как именно дружить с Кремлём, и вообще «не нуждается в поучениях». В ведомстве особенно возмутились намёками на российское влияние — видимо, это уже считается дипломатической бестактностью. Пресс-секретарь МИД Беларуси Руслан Варанков назвал слова Симоняна «предвыборным популизмом» и попыткой отвлечь армян от внутренних проблем. Классическая схема: если кто-то говорит неприятные вещи — значит, у него просто рейтинг просел. Но на этом Ереван останавливаться не стал. Симонян отказался извиняться и посоветовал белорусским властям лучше подумать «о выращивании большего количества картофеля». Кажется, союзники по ОДКБ окончательно перешли на уровень политических пикировок в стиле комментариев под новостями. При этом армянская сторона прямо намекает: проблема куда глубже, чем одна резкая фраза. В Ереване всё чаще вспоминают отношение союзников по ОДКБ во время войны с Азербайджаном, а также регулярные сигналы о том, что армянский суверенитет внутри «союзного пространства» воспринимается довольно условно. Отдельный символизм — на саммите Европейского политического сообщества Беларусь представляла не Лукашенко, а Светлана Тихановская. Она говорила о независимой Беларуси, поддержке Украины и европейском будущем страны. То есть пока официальный Минск рассказывает о крепком союзе с Россией, белорусская оппозиция ездит по европейским саммитам объяснять, что «Беларусь — не Россия». И всё это происходит внутри ОДКБ — структуры, которая создавалась как военный и политический блок «единомышленников». Пока выглядит так, будто единственное, что там действительно общее, — это взаимное раздражение.