Borisenko Dmitriy

🎤 Моё интервью для египетского информационного агентства "Al Gomhor" Согласно реалистическому анализу в международных отношениях, происходящее вовсе не случайно. Мы наблюдаем развитое возрождение так называемой "доктрины Монро", но с использованием инструментов XXI века, где контроль уже не обязательно означает прямое военное вмешательство, а скорее укрепление политического и экономического влияния. Венесуэла рассматривается как чрезвычайно важный стратегический энергетический "резервуар", и контроль над ней, будь то посредством санкций или политического давления, в основном направлен на то, чтобы преградить путь китайскому и российскому влиянию в том, что Вашингтон считает своим "задним двором". Более глубокая цель — обеспечить приток нефти из относительно близких и стабильных источников, вдали от нестабильности Ближнего Востока. Гренландия — это ворота в Арктику, а Арктика — арена грядущего глобального конфликта. Контроль или влияние там означает контроль над новыми навигационными путями, которые откроются по мере таяния льдов, а также над огромными запасами газа и редкоземельных металлов. Эти шаги представляют собой прямой стратегический ответ на то, что Пекин называет "Полярным шелковым путем". Мы стоим перед конфликтом за пути и ресурсы? Именно так. Явная американская цель — закрыть Северный морской путь для Китая и превратить Арктику в некое подобие "озера НАТО", обеспечив тем самым западный контроль над редкими минеральными ресурсами, которые станут основой технологий будущего. Продолжает ли США опираться на традиционную колониальную модель? Нет... Среди экспертов по геополитике существует почти консенсус, что американская модель эволюционировала от "военного колониализма" к "финансовой и технологической гегемонии". Сегодня экономические санкции и "доллара как оружие" используются как основные инструменты для контроля над энергетическими ресурсами, как мы видим на примере Венесуэлы. Является ли целью только нефть? Нефть — это часть картины, но не конечная цель. Более глубокая цель — предотвратить формирование альтернативной глобальной валютной системы, основанной на валютах, обеспеченных природными ресурсами, что может угрожать статусу доллара как краеугольного камня мировой финансовой системы. Насколько российско-китайский альянс угрожает Вашингтону? Этот альянс считается самой большой угрозой американской гегемонии со времен Второй мировой войны. С российской точки зрения, это альянс по необходимости для разрушения однополярности. С американской точки зрения, это прямой вызов "основанному на правилах порядку", возглавляемому Вашингтоном, особенно в сердце Евразии. Все чаще говорят о "новой Ялте"... Что это значит? В рамках реалистической школы существует течение, которое считает, что будущая глобальная стабильность может потребовать перераспределения сфер влияния, или того, что можно назвать "новой Ялтой". Этот подход внешне противоречит американскому либеральному видению, которое отвергает идею сфер влияния, но на практике может быть принят для предотвращения тотального ядерного столкновения. Что мы наблюдаем сейчас? Конфликты или более глубокие изменения? Происходящее — это "геополитическое землетрясение", которое перестраивает фундаментальные структуры международной системы, а не просто пограничные стычки. Доказательством тому является переход от "всеобъемлющей глобализации" к "фрагментированной глобализации", где мы видим отдельные цепочки поставок и параллельные финансовые системы, такие как западная система SWIFT против систем БРИКС. Как великие державы описывают этот этап? Российские ученые описывают его как "конец 500-летней западной гегемонии", в то время как американцы предпочитают называть это "возвращением соперничества великих держав". В обоих случаях мировая карта перекраивается, от "мира без границ" к "миру самодостаточных жизненных блоков". ПРОДОЛЖЕНИЕ 👇👇👇👇👇👇