Периодически попадаю в Берлине на выставки, посвящённые национальной идентичности или постпамяти, где выставляют работы представителей малых народов России и жителей постсоветских стран. Недавно ходила на закрытие Handle With Care – проекта, в рамках которого художники клали в странствующий по России и Европе чемодан разные собственные арт-объекты, как-то связанные с их семьёй или местом проживания, а потом зрители в разных городах и странах могли эти объекты из чемодана достать и рассмотреть. Классное мероприятие, не только поселившее в моей голове вопрос о том, что я могла бы положить в такой чемодан, но и подарившее возможность побывать на дискуссии о восстановлении адыгейской памяти и посмотреть фильм Малики Мусаевой «Клетка ищет птицу» (уже был в прокате, при желании можете найти онлайн). Малика Мусаева – выпускница мастерской Александра Сокурова, решившая посвятить свой полнометражный дебют жизни молодой девушки в чеченской глуши. Главная героиня картины, семнадцатилетняя Яха, видя, как её старшая сестра не может уйти от опостылевшего мужа, а близкая подруга Мадина, из дерзкой сообщницы по играм сразу после свадьбы превратилась в покрывающую голову домохозяйку, понимает, что у неё в родном ауле нет шансов на счастливое будущее. Яха, решает бежать, но, как вы понимаете, не всё так просто. Начитавшись мемуаров Ланы Эстемировой и вспомнив работы других учеников Сокурова, Киры Коваленко и Кантемира Балагова, я готовилась к полнейшей жести и мраку: похищения, изнасилования, суицид, убийства чести, «уходящие в лес» скупые на эмоции чеченские мужчины и их забитые жёны. Но у Мусаевой, скорее, получилась своеобразная версия некогда номинировавшего на «Оскар» «Мустанга» Денизы Гамзе Эргювен. Режиссёрку не интересует «жесть, как она есть», патриархальная жуть в фильме остаётся за кадром. На экране же не война, а могилы, не сцены побоев, а жалобы на них. Вместо насилия эта довольно поэтичная картина, в которой помимо тесноты, показывается и свобода, фокусируется на внутренних процессах взрослеющей девушки, стоящей одной ногой в детстве, а другой – во взрослой жизни. Самое страшное в художественном мире «Клетка ищет птицу» не реально происходящее, а нарастающее чувство обречённости, которое Мусаева смогла не только передать с экрана зрителю, но и довольно интересно сюжетно обыграть в финале, с одной стороны, прояснив название фильма, которое каждый раз так и хочется произнести иначе, с другой, дав одной из героинь надежду на лучшую жизнь.