Бойлерная

Самая чувствительная часть истории с производителем мороженого «Русским холодом» - даже не долг, а фамилии вокруг бизнеса. Семью Терентьевых связывают с компанией много лет. Александр Терентьев — депутат Госдумы с 2007 года, член комитета по безопасности и противодействию коррупции. Ранее именно его называли одним из основных бенефициаров группы. Затем в отчетности среди владельцев появился уже его сын Антон Терентьев. Формально структура изменилась. Но в крупных банкротных спорах российские суды давно смотрят не только на записи в ЕГРЮЛ, а на фактический контроль над бизнесом: кто принимал решения, управлял финансовыми потоками, определял стратегию компании. Но, как говорят участники рынка, младший Терентьев в последние месяцы активно общался с кредиторами и пытался найти инвестора для спасения ситуации. Если это так, то тезис о «формальном выходе» старшего Терентьева из контроля над бизнесом выглядит крайне условно: семейный контур, похоже, продолжал играть ключевую роль. Именно поэтому нынешняя ситуация выглядит для бенефициаров потенциально токсичной. По данным РБК и «Ъ», долговая нагрузка группы составляет от 7,7 млрд до 12,5 млрд руб., поставки остановлены, кредиторы активизировались. При этом вокруг актива уже формируются два лагеря. А1 предлагает санацию и сохранение бизнеса. Fordewind — процедуру банкротства ключевых структур группы. Вопросы возникают не только к самому «Русскому холоду», но и к инфраструктуре ЦФА. Потому что владельцам платформы МТС и «Блокчейн Хаба» теперь придется объяснять, как именно они собираются защищать интересы клиентов, которым продавался этот инструмент. Если история действительно уйдет в полноценную несостоятельность, тема субсидиарной ответственности почти неизбежно станет центральной. Причем уже с вопросом не о формальных владельцах, а о тех, кто реально контролировал компанию.