Бойлерная

Тарифная война за Гренландию: проверка трансатлантического союза на прочность Эскалация конфликта вокруг Гренландии, вызванная требованиями Дональда Трампа передать остров под контроль США, привела к самому серьезному кризису в трансатлантических отношениях за последние десятилетия. Президент США угрожает ввести с 1 февраля дополнительные 10% пошлины (с последующим повышением до 25% в июне) на товары из восьми европейских стран — Дании, Франции, Германии, Нидерландов, Швеции, Финляндии, Норвегии и Великобритании — в ответ на участие их военных в учениях на острове. Трамп обосновывает свои действия необходимостью противостоять «российской и китайской угрозе», которую, по его словам, Дания не может нейтрализовать самостоятельно. Этот шаг воспринимается европейскими дипломатами как удар по единству НАТО и угроза европейской безопасности. ЕС уже активно готовит симметричный ответ, чтобы получить рычаги давления на предстоящих переговорах в Давосе. Речи идет о возобновлении ранее приостановленного пакета тарифов на американские товары объёмом €93 млрд, сообщает Financial Times, а также возможное применение «инструмента против принуждения» (ACI), который позволит ограничить доступ американских компаний, включая технологических гигантов, к единому рынку блока. Франция и Германия выступают за жесткий ответ, тогда как большинство стран-членов предпочитают пока комбинированный подход: публично призывая США к диалогу, но держа наготове ответные меры сдерживания. Координация Парижа и Берлина, задержка ратификации торгового соглашения с США и растущее единство в Европарламенте указывают на консолидацию внутри ЕС. При этом последствия эскалации могут быть разрушительными для обеих сторон. Сложности реализации адресных тарифов против отдельных стран ЕС (из-за интегрированных цепочек поставок) не отменяют их потенциального ущерба для европейского экспорта, особенно в фармацевтике, машиностроении и автомобилестроении. Одновременно угроза применения ACI и ответных тарифов ЕС может усилить внутриполитическое давление на Трампа в США.