БОГЕМА ПИТЕРСКАЯ (светский вестник Москвы)

Бред. Колобок — это чистая инверсия борхесовского сюжета возвращения, то есть «Одиссея», пошедшая катастрофически не по плану. Одиссей уходит из дома, переживает чудовищ, соблазны и приключения и в конце всё-таки возвращается. Колобок делает ровно первую половину: покидает дом, проходит Зайца, Волка и Медведя, но вместо Итаки получает Лису. Причём чем успешнее его путешествие, тем меньше шансов на возвращение: каждая победа укрепляет его в мысли, что он вообще бессмертный, пока эта уверенность не приводит его прямо на лисий язык. К «самоубийству Бога» это притянуть можно, но Колобок, во-первых, никакой не Бог, а буквально тварь — его слепили дед с бабкой из того, что наскребли по сусекам. Во-вторых, самоубиваться он категорически не собирался: на язык Лисе он полез не ради великой жертвы, а потому что оказался самоуверенным идиотом. Борхесовский Бог знает, что идёт на смерть; Колобок до последней секунды уверен, что опять всех переиграл. Поэтому «Колобок» — это анти-«Одиссея»: герой вышел из дома, успешно пережил почти всё путешествие и вместо триумфального возвращения был съеден буквально в шаге от очередной победы.