Маша Катарсис сделала что-то

Итак, сейчас мы поговорим про рэп. И я из тех, кого бы избивали металлисты и панки за широкие штаны и песни Децла в начале нулевых, если бы мне не было 3 года. Мне нравится Оксимирон (я сейчас разбираю только его творчество, не поступки) и…. Мне нравится Слава Кппс. И ярые фанаты скажут мне «ты не тру как могут нравится два антагониста????». Меня обвинят в предательстве идеалов субкультурй. Но я подозреваю, что предательство- не замечать, как два этих, казалось бы полюса рэпа пляшут под одну и ту же дудку нарциссизма. Просто один пляшет в смокинге в оперном театре, а другой - в голом виде на развалинах этого театра, поджигая занавес. А что если они не такие уж и антагонисты на самом деле? И все это две стороны одной нарциссической медали? Возьмем Оксимирона. Его творчество - это грандиозность, возведенная в абсолют и тут же подвергнутая тотальной деконструкции. Он - нарцисс-интеллектуал, строящий зеркальный дворец цитат, схем, неймдропинга, рифм такой сложности, что они кричат: «Смотри, какой я классный какой я гениальный смотрите увидьте все!». Но ловушка в том, что самые яркие зеркала направлены внутрь. Мне кажется, что ему нравится созерцать собственные раны, свою «ущербность», свою избранную маргинальность («вечный эмигрант», «непризнанный гений в подворотне»). Его жертвенность выглядит эстетичной. Он не просто страдает - он демонстрирует мастеркласс по страданию, снабжая его сносками на Жижека и винтажный курток пелепеле. Он разбирается и в моде, но не в той, где есть лейблы, а в настоящем андеграунде, как Чичваркин в своем образе клошар делюкс. Его нарциссизм - в бесконечном монологе с собственным отражением в темной воде каналов Питера А теперь - Слава КПСС. (Которого я сейчас слушаю почему-то постоянно) Его творчество - это грандиозность вывернутая наизнанку. Если Мирон строит зеркальный дворец, то Слава берет кувалду и бьет по всем зеркалам сразу, а потом с упоением рассматривает свои руки в осколках. Его грандиозность в отрицании всякой иерархии, в похабном, подростковом «я царь и бог этого помойного ведра». Уход в ущербность здесь не рефлексируется, а возводится в абсолют и становится оружием. «Посмотрите, какой я больной, гнилой, неприкаянный. Я доведу этот образ до такого абсурда, что вы почувствуете себя идиотами, пытаясь это анализировать». Его жертвенность - не для сочувствия, а для провокации. Он приносит в жертву не себя, а ваши ожидания, ваши нормы приличия, ваше понимание искусства. Страх смерти? Он повсюду в его текстах, но он не философский, а почти животный и телесный (мне это очень отлкиается в песне СКАЗКА НЕОБРАТИМОЙ СМЕРТИ). Все его творчество для меня это типо «ДА, Я УРОД! И МОЁ УРОДСТВО ГЕНИАЛЬНЕЕ ВАШЕЙ ПРИЛИЧНОСТИ И МОРАЛИ» Один облачает это свое «я» в броню из цитат и сложных рифм, пытаясь обессмертить. Другой раздирает это «я» на части и швыряет в толпу, пытаясь добиться бессмертия через шок. Они оба играют в какую-то русскую рулетку Мирон боится выстрела и поэтому бесконечно чистит и осматривает ствол. Слава с маниакальным смехом ставит на спусковой крючок ногу и крутит барабан в каждой песне. Чтобы понять вообще внутренний мир нарциссической личности я очень рекоменду эти песни: Оксимирон - тень Оксимирон - кто убил Марка КПСС - мне стыдно жить (это особенно) Слава КПСС - сказка необратимой смерти А вот психопатия для меня это про Кровосток - в баре