Роман Ченцов прошёл кадровые фильтры, получил награды — и оказался в суде. Вопросы — к тем, кто его продвигал Сегодня, 20 октября, в Советском районном суде Липецка состоялось предварительное заседание по иску прокуратуры и правительства Липецкой области к бывшему мэру Романа Ченцова и его родственникам. Истцы требуют обратить в доход государства имущество семьи и изменить формулировку увольнения экс-градоначальника с ухода по собственному желанию на утрату доверия. По данным прокуратуры, за 2018–2025 гг. совокупный официальный доход семьи Ченцовых составил около 32 млн руб., тогда как стоимость приобретённого за этот период имущества — дома, квартир, автомобилей и сельхозтехники — оценивается примерно в 104 млн руб. Разница составляет около 72 млн руб. Защита с выводами истцов не согласна и намерена представить расчёты, которые, по утверждению адвокатов, подтверждают законность приобретений. Судебное разбирательство продолжается, окончательные выводы делать рано. В этой истории есть проблема, выходящая за рамки имущественного спора: дело Ченцова ставит под сомнение эффективность кадрового отбора и антикоррупционного контроля в регионе. Речь не о случайном назначенце. До избрания мэром Липецка Ченцов руководил районами, прошёл программу «Школа мэров» РАНХиГС, участвовал в политических процедурах отбора, получил Благодарность Президента России. В мае 2024 г. конкурсную комиссию по отбору кандидатов на пост главы города возглавлял первый заместитель губернатора Александр Рябченко, курирующий кадровую политику. В июле Ченцов стал мэром при единогласной поддержке присутствовавших депутатов горсовета. Теперь прокуратура ставит под сомнение соответствие имущества семьи официальным доходам и требует изменить правовую формулировку отставки экс-главы города. При этом, как сообщают СМИ, дело началось с плановой прокурорской проверки, выявившей дорогостоящее имущество. Если претензии касаются имущества, приобретавшегося, в т. ч., до назначения Ченцова мэром, это неизбежно возвращает внимание к прежним этапам его карьеры. Кадровые решения принимались, проверки проводились, доверие выражалось, награды вручались. Нынешние претензии прокуратуры заставляют оценить качество всей этой системы. Последствия выходят за рамки судьбы одного бывшего чиновника. Если после многолетней государственной и муниципальной службы у руководителя обнаруживаются активы, соответствие которых официальным доходам оспаривается в суде, это ставит под сомнение надёжность механизмов, призванных выявлять подобные обстоятельства до назначения на ответственные должности. По той же логике вопросы могут возникнуть и к другим действующим или бывшим чиновникам, если проверка их имущества и доходов выявит аналогичные несоответствия. Дело Романа Ченцова ставит под сомнение не только обоснованность прежних кадровых решений, но и эффективность системы антикоррупционного контроля в Липецкой области. Суду предстоит установить обстоятельства приобретения имущества и оценить доводы сторон. Если обстоятельства, изложенные прокуратурой, подтвердятся, в правительстве Липецкой области придётся объяснить, почему имущество, соответствие которого официальным доходам теперь оспаривается в суде, не стало предметом своевременной оценки на предыдущих этапах карьеры чиновника. Это касается и тех, кто отвечал за кадровый отбор, проводил проверки и публично поддерживал назначение Ченцова. В частности, Александра Рябченко, возглавлявшего конкурсную комиссию. Речь не о заранее установленной вине конкретных должностных лиц, а об их ответственности за качество кадровых решений и эффективность контрольных механизмов. Безусловно, до вынесения судебного решения спешить с выводами преждевременно — возможно, суд примет доводы защиты и признает все приобретения законными. Однако сам прецедент, когда чиновник, успешно прошедший многолетние кадровые фильтры и удостоенный высоких наград, оказывается в суде, неизбежно смещает фокус внимания: теперь вопросы о надежности системы адресованы уже не только к нему самому, но и к тем, кто его продвигал («а осадочек-то остался» — из анекдота)