Ровно 200 лет назад, 26 декабря (14 декабря по старому стилю) 1825 года, на Сенатской площади произошло Восстание декабристов. Восставшие вывели полки на площадь, чтобы не допустить присяги Николаю I. Однако «диктатор» восстания князь Сергей Трубецкой на площадь так и не явился, а Николай успел привести к присяге Сенат и Синод ещё накануне. Восстание было подавлено верными императору войсками с применением артиллерии. Позже, в январе 1826 года, на юге было подавлено восстание Черниговского полка. Пятеро руководителей — П. И. Пестель, К. Ф. Рылеев, С. И. Муравьёв-Апостол, М. П. Бестужев-Рюмин и П. Г. Каховский — были казнены 25 июля (13 июля по ст. ст.) 1826 года. Ещё около 120 человек были лишены чинов и дворянства и сосланы на каторгу и поселение в Сибирь. В юности декабристы были для меня безупречными героями: Союз спасения, Союз благоденствия, Северное и Южное общества — люди, которые, как мне казалось, жили по заветам чести и совести. Я был уверен: живи я в то время — непременно вступил бы в Северное общество. Конституция Никиты Муравьёва была мне гораздо ближе, чем «Русская правда» Пестеля. Да и фильм «Звезда пленительного счастья» романтизировал образ декабристов до предела возможного. Шли годы. Я много читал о своих героях — их переписку, мемуары, письма — и постепенно под слоем романтизма и советской пропаганды проступали живые люди: не всегда приятные, не всегда бескорыстные, нередко очень противоречивые. Но всё равно для меня они остались образом людей, которые искренне пытались спасти и переродить Россию, освободить её народ. Пусть так и останется!