Победа Мамдани на выборах мэра Нью-Йорка меня, честно говоря, удивила. Его программа практически коммунистическая: бесплатный проезд на автобусах, заморозка цен на аренду жилья, передача фабрик рабочим. Я начал серфить Х (бывший Twitter) и смотреть твиты на эту тему. Оказалось, что огромное количество западной молодежи стремится к социализму и коммунизму, а Ленин для многих становится символом борьбы с правящим классом. В процессе изучения я наткнулся, на довольно старую, статью Питера Тиля, американского предпринимателя и инвестора, знаменитого созданием PayPal, настоящего капиталиста. Он признает, что современный капитализм перестал работать для тех, кому сейчас двадцать или тридцать. Это звучит особенно резко от человека, который стал символом успеха Кремниевой долины и всю жизнь выступал за свободный рынок. Западная молодежь обращается к социалистическим и коммунистическим идеям не из-за идеологии, а из-за разочарования в собственной экономической реальности. Система, которая раньше давала стартовые возможности, теперь не обеспечивает даже базовой стабильности. Зарплаты растут медленно, жилье стало фактически недоступным, аренда съедает значительную часть дохода, а долги за образование превращают начало взрослой жизни в долговую ловушку. Молодые видят, что накопление капитала и доступ к нормальному уровню жизни все чаще зависят не от труда, а от богатства семьи, и это разрушает веру в справедливость существующей модели. К этому добавляется ощущение, что крупные корпорации контролируют слишком много, а социальный лифт работает только для тех, кто уже находится наверху. Рынок труда нестабилен, многие профессии обесцениваются, а связь между усилием и результатом становится слабее. В такой ситуации социалистические идеи выглядят не увлечением, а попыткой найти систему, способную дать хоть какие-то гарантии и предсказуемость. Доступное жилье, бесплатное образование и регулирование монополий воспринимаются как реальный способ вернуть ощущение будущего. Главный вывод в том, что молодое поколение уже не видит перспектив внутри старой экономической модели и начинает искать альтернативы не из романтики, а из необходимости. Это не мода, а сигнал о структурных проблемах, на которые система все меньше способна отвечать.