Хайпбист и политтехнолог

Грядущее разделение — это не прихоть, а следствие объективных геополитических и внутренних социальных реалий. Думаю, ближайшие годы будет примерно так, без учета специалистов, уже встроенных в гос. структуры и разнообразных политологов-экспертов: 1. Внутренний рынок: 70% соцархов, 30% политтехнологов. Идеальная картина для удержания внутренней стабильности. «Социальные архитекторы» становятся главными инженерами общественного согласия и долгосрочных проектов (национальные проекты, ценности, адаптация, работа с молодежью). Их задача — не просто выиграть выборы, а укрепить ткань общества, сделать ее устойчивой к внутренним потрясениям. «Ответственно мечтать» в общем. Оставшиеся 30% политтехнологов на внутреннем рынке — необходимый спецназ для обеспечения легитимности и технического проведения избирательных кампаний. Они решают тактические задачи, где манипуляция — лишь один из инструментов в строгом правовом поле. 2. Внешний рынок: 80% политтехнологов, 20% соцархов. В текущих условиях перманентной эскалации Запад не будет играть в «социальных архитекторов». Он использует весь арсенал разнообразных политических технологий для продвижения своих интересов, давления, дестабилизации режимов в Африке, Латинской Америке, Закавказье, Средней Азии, особенно тех, которые обеспечивают дешевое сырье и геополитическое влияние в этих регионах. Не говоря о восточной Европе. Чтобы противостоять этому и вести собственную игру, прямо сейчас России все ещё нужны «кондотьеры» нового поколения — жесткие, гибкие, оснащенные цифровым оружием и готовые работать в условиях санкций и прямых угроз. Их задачи — информационное противоборство, работа с политическими силами в странах-партнерах, нейтрализация западного влияния. Это поле битвы, где есть место только результату и эффективности здесь и сейчас. Соцархи же во внешнем контуре будут работать в долгую, прежде всего над проектами «мягкой силы». Так что, это два разных фронта одной большой войны.