Черногория. Тревоги нет

Сюжет второй. Ратко Младич, реакции и реакции на реакции на его смерть Повод - также вчера, 27 августа, в тюремной больнице в Гааге умер Ратко Младич. Кто он такой и контекст тут. Как я уже упоминала, личность мягко говоря спорная - для одних это военный преступник, который виновен в геноциде и еще много чем, для других - национальный герой. В Черногории, которая на эту тему официально очень осторожно высказывается и признает геноцид в Сребренице, все равно есть сербы и сербские партии, которые придерживаются иного мнения. Так вот, даже не Кнежевич со своей ярой позицией (он высказался, но чином не вышел), а более умеренный с некоторых пор европейский Андрия Мандич - спикер парламента - кинул петарду в огонь. Он от своего имени и имени своей партии официально выразил соболезнования сыну Младича в связи со смертью отца. И понеслось. Бошняцкие партии и политики в Черногории выразили протест. Лидер Бошняцкой партии, вице-премьер и глава МИД Эрвин Ибрагимович написал, что человек, окончательно осужденный за военные преступления, «и живой, и мертвый заслуживает только презрения». Он добавил, что все остальное является скрытым или открытым возвеличиванием преступника, преступлений, геноцида и соответствующей политики. Тут есть важный политический нюанс: Ибрагимович и Бошняцкая партия находятся в одной правящей коалиции с НСД Мандича. Поэтому это уже не обычный спор власти с оппозицией, а публичное ценностное расхождение внутри парламентского большинства. Но это полбеды. Самая неприятная для Черногории реакция пока пришла из Хорватии, поскольку ее уже напрямую увязали со вступлением в ЕС. Хорватский депутат Андро Крстулович Опара, председатель комитета парламента по внешней политике, заявил, что его не удивляет, когда Мандич скорбит по осужденному военному преступнику, но «трагично», когда такое заявление делает председатель парламента страны-кандидата в ЕС. Дальше он пошел значительно дальше: заявил, что больше не видит необходимости убеждать европейских коллег в характере нынешней власти Черногории и что, по его убеждению, депутаты из южной Хорватии не поддержат ратификацию договора о вступлении Черногории. По его словам, хорватский парламент (Сабор) не должен принимать в ЕС государство, «в котором правят четники». В итоге он сформулировал это совсем прямо: «просербский и пророссийский троянский конь не войдет в ЕС». Отреагировала и хорватская депутат Европарламента от HDZ/EPP Сунчана Главак. Она назвала поступок Мандича «позорным и недопустимым» и отдельно подчеркнула, что Мандич выступает не как частное лицо, а как председатель парламента государства, которое хочет вступить в ЕС. По ее словам, называть Младича генералом, умалчивая о его преступлениях, означает релятивизацию геноцида и неуважение к жертвам. Тут пришлось уже сглаживать углы президенту Черногории Милатовичу, который заявил, что уважение к семье умершего не может служить оправданием для релятивизации военных преступлений. Младич окончательно осужден международным судом за геноцид в Сребренице и другие тяжелейшие преступления во время войны в Боснии и Герцеговине, и это, по словам президента, не вопрос политических взглядов, а установленный судом факт. В общем, Младич - это, конечно, не черный лебедь, но такой «гадкий утенок», который снова обострил и так обостренные отношения с Хорватией. Напомню, что все проблемы с границей, парусником, военными преступниками так и не решили. Немного обострили дело петицией просербских сил в защиту парусника «Jadran» с требованием оставить его в собственности Черногории, несмотря ни на что. На этом фоне днем ранее еврокомиссар Марта Кос начала в Загребе разговор о том, что надо бы Хорватии придержать коней и по-соседски не мешать Черногории вступить уже в ЕС. Она подчеркнула, что Загреб несет особую ответственность за поддержку расширения, и выразила ожидание, что оставшиеся двусторонние споры с Черногорией будут урегулированы до ее вступления в ЕС. Кос также пообещала личную поддержку этому процессу.