ПЕРВАЯ ЗА ДЕСЯТЬ ЛЕТ ВСТРЕЧА министров иностранных дел Беларуси и Польши сама по себе выглядит как признак возможного потепления. Но обстоятельства, при которых она состоялась, делают вопрос о пределах этой нормализации едва ли не более важным, чем сам факт встречи. Отношения между двумя странами в том виде, в каком они существовали на момент встречи Рыженкова с Сикорским, отнюдь не располагали к каким-то компромиссам. Беларусь остается стратегическим союзником Москвы, откуда в адрес польского государства звучат недвусмысленные угрозы, а иногда и залетают ракеты. Минск продолжает преследования польского этнического меньшинства и давление на римско-католическую церковь. С другой стороны, Польша последовательно поддерживает все наложенные на режим Лукашенко санкции, предоставляет площадку для деятельности политической оппозиции, построила пограничный забор и эффективно борется с нашествием мигрантов. Из этой встречи пока нельзя делать вывод, что Польша «признала Лукашенко» или отказалась от политики поддержки белорусского общества. Сам Сикорский уклонился от прямого ответа, значат ли эти перемены, что польское правительство признает режим Лукашенко, отметив, что Польша «как государство признает другие государства, а не правительства». И добавил, что, «если сосед хочет разморозить и улучшить отношения, Польша всегда первой соглашается». Тем более, что встреча сопровождалась достаточно резкими выпадами польского министра в адрес российских союзников Минска и персонально Лаврова на той же Генассамблее ООН. На этом фоне трудно полноценно сотрудничать с главным союзником России в регионе. Если Москва воспримет польско-белорусские контакты как попытку ограничить ее военную свободу, она теоретически может увеличить количество полетов дронов, менять маршруты или направлять их ближе к польской границе. Реально, польская сторона могла бы достичь намного большего, чем нынешняя встреча, попросту увеличивая помощь Украине. Наиболее же реальный смысл миссии Сикорского – дать ответ на вопрос: если Минск действительно хочет улучшения отношений с Варшавой, способен ли он самостоятельно что-либо изменить — или речь идет только о дипломатическом маневре, согласованном с Москвой? Читайте об этом в статье БелНовости в Х / Инстаграм