НА ПОСЛЕДНЕМ САММИТЕ ШОС В БИШКЕКЕ АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО ФОНТАНИРОВАЛ ИДЕЯМИ. Он предлагал ускорить создание Банка развития организации, увеличить расчеты в национальных валютах, создать научный фонд и единое цифровое пространство, упоминал о новом мировом порядке, реформе международных организаций и новой архитектуре безопасности. Белорусская пропаганда подавала эти заявления как проявление особой роли Минска в формировании многополярного мира. Но за громкими инициативами пока заметен дефицит конкретных результатов. Показателен хотя бы саммит БРИКС в Нью-Дели 12–13 сентября: Лукашенко туда не поехал, Беларусь представлял министр иностранных дел Максим Рыженков. Он участвовал в открытом заседании саммита и провел двусторонние встречи, однако уровень белорусского представительства оказался ниже президентского. Совсем иначе выглядит российское направление. В конце августа Лукашенко встретился с Владимиром Путиным после переговоров с Михаилом Мишустиным. Одной из центральных тем стала микроэлектроника. Путин заявил, что Беларусь сохранила советские компетенции и вместе с Россией может развивать это направление. Лукашенко, в свою очередь, заявил, что страны «вместе» создают все необходимое и найдут форму дальнейшего сотрудничества. Это уже не разговоры о переустройстве международных организаций, а вполне конкретная промышленная кооперация. Еще в 2025 году Беларусь и «Росатом» договорились о совместной программе «Новая силовая электроника», предусматривающей создание технологической базы для производства компонентов на основе карбида кремния и разработку силовых приборов. В августе 2026 года Москва и Минск снова заявили об объединении научных и производственных компетенций в микроэлектронике. Именно здесь проявляется главный контраст нынешней внешней политики Минска. На международных площадках Лукашенко говорит о самостоятельной роли Беларуси и новом мировом устройстве, но наиболее предметные технологические договоренности не покидают рамок «Союзного государства». Причем микроэлектроника имеет не только гражданское значение: белорусские микросхемы уже поставлялись российским предприятиям, включая структуры оборонного сектора. В итоге возникает парадокс: чем громче Лукашенко говорит о многополярности и самостоятельном месте Беларуси в новом мире, тем заметнее зависимость от конкретной кооперации с Москвой. ШОС и БРИКС дают Минску площадку для политических заявлений, тогда как именно российское направление пока демонстрирует наиболее осязаемые результаты в промышленности и технологиях. Читайте об этом в статье БелНовости в Х / Инстаграм