ПО СЛОВАМ ПАВЛА ГУБАРЕВА, имевшего возможность наблюдать сепаратистское движение изнутри, ни шансов на победу в противостоянии с ВСУ, ни широкой поддержки у пророссийских сил в регионе не было. Частичный их успех был обеспечен только за счет захода на территорию Донбасса российской армии и банд кадыровцев, сразу подмявших под себя самые прибыльные и криминальные ниши: от торговли оружием до контроля над сетью притонов. Пока рядовые боевики воевали, чеченские группы выстраивали жесткие бандитские схемы и похищали людей ради выкупа, фактически превратив регион в свой филиал. Структуры, аффилированные с «Ахматом», начали системно закрепляться в ключевых точках экономики оккупированных территорий. Особенно показателен контроль над химическими объектами Донбасса, включая химкомбинат «Стирол» в Горловке — одно из крупнейших предприятий региона. Формально завод был остановлен из-за войны, однако местные жители неоднократно сообщали, что отдельные производственные линии продолжали функционировать. Но уже не в рамках прежнего профиля. Вместо промышленной химии речь шла о производстве прекурсоров, используемых для синтетических наркотиков. Контроль над этими процессами, по имеющимся свидетельствам, осуществлялся напрямую представителями «Ахмата». Такой бизнес оказался особенно выгодным в условиях отсутствия контроля и прозрачности. Производимые вещества распространяются сразу по нескольким направлениям: внутри оккупированных территорий, в Россию и дальше — в Европу. При этом, сами бойцы включены в логистические цепочки, что делает каналы практически неуязвимыми для внешнего вмешательства. Финансовые потоки от наркоторговли в реальности оккупации не поддаются ни учету, ни контролю со стороны каких-либо независимых структур. Читайте об этом в статье БелНовости в Х / Инстаграм