Павел Дуров и трагедия российского либерализма Попытки российских властей заблокировать Telegram не только обвалили рейтинг Владимира Путина так, как его не смогли обвалить четыре года войны, но и сделали Павла Дурова фактором политики соседнего государства. К тому же имеющем влияние на 65 миллионов российских пользователей мессенджера. На фоне той серости, которую представляет собою российская политика он вообще выглядит харизматичным лидером: выступает против архаизации, за свободу сова, призывает к некоему «цифровому сопротивлению». В нынешних российских реалиях – это непозволительное раскачивание лодки. Дуров, кажется, сам хорошо чувствует шанс качнуть российскую ситуацию изнутри. На его продукт не только завязаны десятки миллионов людей, до которых понемногу доходит: кроме кнута, действующая власть им не дает (и в принципе не может дать) никакого пряника. Более того: сейчас любой человек, пообещавший не бить больше русских таким смертным боем, может стать лидером общественных симпатий. Непонятно, правда, хочет ли этого сам Павел Дуров. Часто бывает так, что общество само вносит на руках нового лидера чуть ли не против его воли – как это случилось, например, в Украине с Владимиром Зеленским. Но не исключено его сотрудничество и с какой-то из пресловутых «башен Кремля» — это был бы серьезный ресурс в аппаратной борьбе. Не исключено, что какую-то роль здесь играют спецслужбы – в России вообще сейчас мало что происходит без ведома ФСБ. Но может быть, здесь действительно мы видим, насколько в России назрел запрос на реальную оппозицию – не ту, которая сидит за границей, и для которых оппозиционность превратилась в способ заработка, а что-то ближе к запросам простого народа. Не так давно этот запрос выражался во всплеске поддержки инициатив Дунцовой и Надеждина, пошедших на президентские выборы под лозунгами прекращения военных действий. Властям тогда удалось купировать протест, а Дунцова вообще стала «иноагентом». Что будет на этот раз? Запасаемся, как говорится, попкорном. БелНовости в Х / Инстаграм