ШАБЛОН ТРУСЛИВОГО ПОВЕДЕНИЯ задает сам Владимир Путин, который оглашает лишь только хорошие новости, а от плохих сразу же прячется в кусты. В любых кризисных моментах – от гибели «Курска» и до теракта в «Крокусе» и от мятежа Пригожина до наводнения на Оренбуржье, российский глава государства имеет привычку куда-то исчезать. Соответственно практику замалчивания какой-то неприятной информации берет на вооружение вся административная вертикаль. Иначе придется объяснять россиянам, почему без тепла и света сидит Белгород вместо обещанного «Киев за три дня». Кстати, несмотря на то, что слова об «антинародной украинской хунте» превратились в заезженный пропагандистский штамп, нетрудно заметить, что украинская сторона проявляет намного больше заботы о своих гражданах в зоне боевых действий. Похожий контраст мы, к слову, наблюдаем и с каждым обменом пленными, когда украинских солдат встречают на родине как героев, в то время, как россияне смотрят на собственных пленных с настороженностью, почти как на предателей. Вместо почета многих из них ждут допросы в кабинетах ФСБ, унижения от командиров, повторная отправка на фронт. Никто особо не сомневается, что после окончания «спецоперации» ее ветераны будут слышать в чиновничьих кабинетах «я вас на Донбасс не посылал», как отвечали бюрократы «афганцам» в 90-х. Потому что это чиновничье равнодушие, что к пленным, что к эвакуированным жителям Белгородщины – оно прописалось в генетическом коде российского управленческого аппарата с гоголевских времен, а может еще и раньше. Читайте об этом в статье БелНовости в Х / Инстаграм