В БЕЛАРУСИ с начала февраляупорно циркулировали слухи о том, что в Кремле страшно недовольны своеобразным пониманием Александром Лукашенко пресловутого «духа Анкориджа». После разговора с Трампом и встреч с американскими спецпредставителями белорусский правитель приободрился, начал менять политзаключенных на санкции. Да к тому же, еще совершенно несанкционировано полез вступать в созданный Трампом Совет мира, что было воспринято в Кремле с нескрываемой ревностью. При этом, сама Россия точно не спешит принимать участие в новой организации, подозревая там какой-то подвох. Тем более, Лукашенко так неуклюже полез опровергать слухи о нагоняе, полученном от российского коллеги, что лишь еще больше усилил подозрения, в том, что участие Беларуси в Совете мира тормозится из Кремля. Лишь когда в независимых СМИ начали прямо говорить, что телефонный разговор двух диктаторов касался бойкота саммита в Вашингтоне, была наконец-то озвучена и официальная версия, согласно которой Путин и Лукашенко «дополнительно обсудили вопросы, которые планируется рассмотреть на предстоящем заседании Высшего госсовета Союзного государства». Параллельно с загадочными звонками из Кремля и необъяснимым отсутствием белорусских представителей в Вашингтоне происходили и другие странные вещи. В феврале Служба внешней разведки России заявила о якобы существующем заговоре западных правительств и неправительственных организаций, направленном на «подготовку конституционного переворота в Белоруссии, чтобы ослабить связку Минска и Москвы в рамках Союзного государства и затруднить России достижение целей военной операции». Заявление СВР скорее выглядит как «черная метка» для главы Беларуси, намекающая, что тот слишком заигрался в самостоятельного политика. В какой-то мере это было и напоминание узурпатору, кто помог ему остаться при власти в 2020 году. Но, в таком случае, проходящая сейчас внезапная проверка Вооруженных сил страны выглядит как прямой ответ на упомянутое заявление СВР. И Совет мира, и СВР, и внезапная проверка, о которой так много говорят в последнее время, лишь внешние признаки неких непубличных процессов, происходящих между Минском и Москвой. По сути, это и есть та самая пресловутая «схватка бульдогов под ковром», о характере которой мы можем судить только по косвенным признакам. Однако несомненно, что уровень взаимного недоверия между сторонами намного выше того, который они хотели бы продемонстрировать публично. Читайте об этом в статье БелНовости в Х / Инстаграм