БЕЛАРУСЬ жестко привязана к России: около 70% экспорта идет на российский рынок, Москва остается главным поставщиком энергоносителей, кредитов и политической поддержки. Рост белорусского ВВП в 2025 году — около 4% — обеспечен российскими субсидиями и доступом к рынку, но эта модель исчерпывается. Российская экономика после военного перегрева теряет динамику. Рост замедляется, санкции, цены на нефть, инфляция и дефицит подталкивают ее к рецессии. Для Лукашенко это прямой риск: после 2020–2022 годов режим держится исключительно на поддержке Москвы, а проблемы в РФ быстро отражаются на Беларуси. Новый антиамериканский разворот означал бы новые санкции и еще большую зависимость от ослабленной России. «Кейс Мадуро» стал для Минска предупреждением. Трамп показал готовность применять прямую силу против режимов, связанных с Москвой. Мадуро был одним из таких союзников. Для Лукашенко, находящегося под санкциями и обвинениями в репрессиях и соучастии в войне, это сигнал: в определенных условиях «красных линий» может не быть и по отношению к нему. Отсюда — ставка на разрядку. Поддержка мирных инициатив Трампа, освобождение части политзаключенных, осторожные заявления о диалоге и достаточно сдержанная реакция на захват Николаса Мадуро. Это не уступка, а расчет: шанс на точечное смягчение санкций и снижение рисков для самого Лукашенко. Жесткая конфронтация ударила бы по Минску и Москве одновременно. Читайте об этом в статье БелНовости в Х / Инстаграм