БелНовости

Парад в Пекине и иллюзия единства автократий Сентябрьский военный парад в Пекине, на который приехали лидеры государств с авторитарными моделями управления, многие комментаторы восприняли как символическое событие. Владимир Путин, Александр Лукашенко, Си Цзиньпин и Ким Чен Ын настолько однозначно излучали уверенность в своих силах, что многие заговорили о смещении глобального баланса в сторону жестких форм правления. Картина действительно кажется впечатляющей. Расширяются такие объединения, как ШОС и БРИКС, активно реализуются китайские инфраструктурные и инвестиционные проекты в Азии, Африке и Латинской Америке, формируются альтернативные финансовые и торговые механизмы, Америка возвращается к изоляционизму, Европа демонстрирует удивительную нерешительность. Западные демократии выглядят фрагментированными: внутри ЕС и НАТО регулярно возникают разногласия, отдельные страны занимают особые позиции, а согласование общих решений затягивается, если вообще оказывается возможным. Внешне все это создает ощущение сплоченности так называемых «незападных» моделей развития и их возрастающего влияния. Однако вопрос, действительно ли это означает долгосрочное торжество авторитаризма, остается открытым. История показывает, что системы, построенные на персональной власти и слабых институтах, плохо приспособлены к устойчивому партнерству. Здесь нет прозрачных правил, независимых судов и механизмов, которые могли бы гарантировать долговечность договоренностей. Союзы держатся не на институтах, а на личных интересах лидеров и конъюнктуре. Поэтому парады, декларации о стратегическом партнерстве и внешние символы силы не обязательно означают наступление «эпохи антиутопий». Мир действительно становится сложнее, но устойчивость международной архитектуры по-прежнему определяется способностью государств выстраивать институты, сохранять баланс интересов и соблюдать правила. Вместо этого каждый автократ преследует собственные стратегические цели. Даже при внешней демонстрации солидарности между ними сохраняется высокий уровень скрытого соперничества — за влияние, рынки, инфраструктурные проекты и доступ к ресурсам. В отличие от интеграционных объединений правовых государств, здесь отсутствуют эффективные механизмы принуждения к выполнению соглашений, а значит, любое «всепогодно нержавеющее партнерство» может быстро «проржаветь», если автократ решит, что выполнять далее свои обещания нецелесообразно. Чем собственно и закончился роман между гитлеровской Германией и сталинским Советским Союзом после короткого периода влюбленности на фоне обоюдного неприятия демократии. БелНовости в Х