Beat вместе с журналом ORNAMENT решили поговорить о том, как культовые кинорежиссеры использовали в своих работах музыку, которая была не только важной частью визуального восприятия картин, но и стала визитной карточкой их художественного почерка. Героями первой части стали: Квентин Тарантино Квентин Тарантино известен, среди прочего, своим дотошным подходом к каждому, даже самому малейшему аспекту создания кино. Конечно, огромное внимание он уделяет и саундтрекам музыкальному сопровождению собственных шедевров, лишь изредка отдавая поиск музыки на «аутсорс» или доверяя признаным композиторским гениям вроде Морриконе или Бакалова. Ну и правда: кто бы кроме Тарантино смог отыскать в Японии потрясающее женское гаражное трио The 5.6.7.8's, или вспомнить про существование группы Urge Overkill! Музыка в постмодернистском кино Тарантино — это идеальная игра с «контрапунктом», на контрасте между визуалом и привычным зрителю звуковым сопровождением. Вспомним «Джанго освобожденного» (напомним, действие происходит в середине XIX века) с треками Тупака Шакура и Рика Росса, отрезание уха мистером Блондином под веселую песенку Stuck in the middle with you или аниме-сцену с истории О-Рен под меланхоличную мелодию Морриконе. Кажется, именно из-за таких нетривиальных сочетаний кадры из фильмов Тарантино врезаются в память настолько, что, увидев их лишь раз, отделить звук от видеоряда потом не получится. Стэнли Кубрик Режиссер, у которого с Тарантино общего больше, чем кажется. В том числе, и в подходе к музыкальным сопровождениям собственных фильмов— правда, в отличии от Тарантино, Кубрик больше предпочитал классические симфонические произведения, нежеле рок-н-ролл хиты. И был одним из первых больших режиссеров, отказавшихся от авторского саундтрека. Впрочем, большинство классических мелодий, которые использовал Кубрик, мы знаем благодаря….. Кубрику! Мастерски помещая их в новый контекст и добавляя новые смыслы, режиссер навсегда «приватизировал» великие произведения: в «Космической одиссее 2001 года» человеческая цивилизация зарождается под эпическое начало симфонической поэмы Рихарда Штрауса «Так говорил Заратустра», а корабли кружат в космосе под вальс «На прекрасном голубом Дунае» Иоганна Штрауса-младшего — выглядит почти как балет. В «Заводном апельсине» звучат разные части Девятой симфонии Бетховена — одного из самых гуманистических произведений в мировой культуре и, как оказывается, любимого у главного героя, упивающегося насилием. Кристофер Нолан Громко, напряженно и грандиозно — три главных слова для саундтреков к его фильмам. С самых первых своих работ Нолан не просто уделял музыке огромное внимание как звуковому сопровождению кадра, но делал ее ключевым повествовательным элементом, который создает эпический масштаб и эмоциональное напряжение и порой важнее диалогов.. Дэвид Джулиан, Ханс Циммер, или Людвиг Горанссон— перед каждым из этих композиторов Нолан ставил задачу работать не на готовым видеорядом, но сочинять музыку на основе концепций. Например, создать неуютную атмосферу тревоги в «Интерстелларе» или «Дюнкерке», постоянно нависающей опасности («Преследование»), безвыходного хаоса ( «Помни»). Или даже создать с помощью звукового сопровождения иллюзию обмана — как в «Престиже», когда Джулиан использовал «тон Шепарда» — прием, при котором кажется, что мелодия бесконечно переходит на высокие частоты, оставаясь при этом на месте. Ждете вторую часть?