Агентство мониторинга: отлов, отчёт, захоронение. Всё по плану? Читаю сообщение Publika и не могу поверить. Женщина потеряла собаку месяц назад. Искала. А потом увидела её — среди животных, найденных в массовом захоронении в Лило. Опознала по характерной деформации сустава: старый перелом сросся неправильно. Она ухаживала за этим псом четыре года. Кормила, лечила, выхаживала. И вот итог. Весной в Грузии уже был скандал вокруг Агентства мониторинга животных Тбилиси. Зоозащитники и волонтёры говорили: собак забирают с улиц — и они исчезают. Причём среди пропавших были стерилизованные и привитые животные, которые находились под опекой волонтёров. В некоторых случаях активистам буквально с боем удавалось найти этих собак в муниципальных приютах — хотя Агентство мониторинга заявляло, что не отлавливало их. То есть чиновники говорили одно, а реальность говорила другое. И вот теперь — массовое захоронение в Лило. И женщина, которая узнаёт свою собаку по сросшемуся суставу. Что это значит. Либо сотрудники агентства несут животных на убой и врут об этом. Либо они теряют контроль над тем, что происходит с отловленными собаками. Волонтёры сообщают о других случаях, когда останки напоминали людям их пропавших питомцев. Сколько ещё таких историй мы не знаем? Сколько хозяев до сих пор ищут своих собак, не подозревая, что те лежат в Лило? Женщина готова прийти на экспертизу для официального опознания. Это её право. И это должно стать первым шагом к настоящему расследованию. Не к отпискам, не к «проверкам», которые ничем не заканчиваются, а к публичному ответу: кто отлавливал, куда везли, почему не сообщали волонтёрам, кто хоронил в Лилo. Если Агентство мониторинга животных не может объяснить, что произошло с собаками, которых оно забирало с улиц, — значит, оно не выполняет свою функцию. И тогда вопрос должен стоять не о «реформе», а об ответственности конкретных людей.