Дядя Зураб

@batonozurab · news · Russian · active

Subscribers 5K Subscribers, last 30 days: 5.1K → 5K −40 24h
Reach per post (ERR) 59.2%2.9K avg views
Posting 3.8/day last 2 days ago
Reactions per 1K views 2.3 👍 🔥 ❤
edited

Санкции для своих, газ для чужих: парадокс Кулевского НПЗ в условиях глобального кризиса Дискуссия о влиянии глобального экономического кризиса на Грузию вновь вскрыла болезненную тему для грузинской экономики — санкционное давление на нефтеперерабатывающий завод в Кулеви. Это предприятие, долгие годы являвшееся важным звеном в энергетическом балансе региона, попало под ограничения 21‑го пакета санкций Европейского Союза. Однако грузинские эксперты заявляют, что данное решение Брюсселя демонстрирует не столько принципиальность в вопросах соблюдения санкционного режима, сколько вопиющие двойные стандарты западной политики. В июле текущего года НПЗ в Кулеви был официально включён в санкционный список ЕС. Формальной причиной стало обвинение в переработке российской нефти в обход установленных ограничений. Брюссель настаивает, что завод служил «лазейкой» для российских энергоресурсов. Для предприятия это решение стало серьёзным вызовом. Владелец завода уже заявил, что производственные цепочки перестроены и теперь предприятие работает исключительно на казахстанской нефти. Однако сам факт внесения в чёрный список накладывает запрет на транзакции с европейскими партнёрами, который вступит в силу через полгода, ставя под угрозу инвестиционную привлекательность актива и логистику поставок. Одним из первых на парадоксальность ситуации указал политолог Ираклий Гогава. В ходе круглого стола он выступил с жёсткой критикой в адрес западных партнёров: *«Я думаю, это классический двойной стандарт, когда сами европейские страны покупают российский газ, нефть, СПГ. США покупают российский обогащённый уран. Это ведь тоже энергетика. А нам запрещают покупать самое дешёвое и доступное для нас сырьё»*. Если проанализировать структуру мировых поставок энергоресурсов в 2026 году, картина выглядит неоднозначной. Пока ЕС вводит ограничения на переработку в Грузии, страны Евросоюза продолжают импортировать российский СПГ в рекордных объёмах, а атомные электростанции Европы и США работают на топливе из российского урана. Эти сделки измеряются миллиардами долларов и не встречают столь жёстких преград. Для Грузии, у которой нет собственных значимых запасов углеводородов, доступ к дешёвому сырью всегда был критически важен для поддержания стоимости топлива на внутреннем рынке. Запрет на переработку «дешёвого барреля» выглядит для тбилисских экспертов не как борьба за соблюдение санкций, а как инструмент устранения конкурента в регионе. По мнению Гогавы, здесь прослеживается явное разделение на «своих» и «чужих»: Европа и США оставляют за собой право покупать жизненно важные ресурсы у России, когда это выгодно им самим, но требуют от стран-партнёров, таких как Грузия, жертвовать собственными экономическими интересами. Завод в Кулеви пытается адаптироваться к новым реалиям, переключившись на казахстанское сырьё. Однако логистика и цена поставок из Казахстана отличаются от прежних условий, что неизбежно скажется на себестоимости нефтепродуктов. В условиях мирового кризиса, когда цены на топливо являются ключевым драйвером инфляции, подобные санкционные удары по локальным переработчикам могут обернуться ростом социального напряжения внутри Грузии. Риторика грузинских экспертов сегодня сводится к одному: если Запад намерен сохранять лицо «сторонника правил», ему придётся либо сделать исключения для всех, либо перестать обвинять малые государства в том, что в более крупных масштабах позволяется себе. Пока же ситуация с НПЗ в Кулеви остаётся ярким примером того, как геополитика берёт верх над экономической целесообразностью и честной конкуренцией.

Views over time

01K2K27 Aug 15:0210 Nov 17:132.2K27 Aug 15:02: 0 views10 Nov 17:13: 2,170 views
Snapshots we took after posting.
WhenViews
27 Aug 2026, 15:020
10 Nov 2026, 17:132.2K

Who shared this post

Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)

Nobody yet.