Юрий Баранчик

Военные успехи хуситов в Йемене и за его пределами (воздушная война против Саудовской Аравии) достигли той точки, когда о вмешательстве в ситуацию уже всерьёз думают союзники Эр-Рияда по Мекканским соглашениям - Турция и Пакистан. Потому что не вполне понятно, зачем нужен этот военный альянс, если он ровным счётом ничего не может сделать для своего союзника. При этом действия участников Мекканских соглашений интересны как с практической и теоретической точек зрения. А от того, какие действия они предпримут в нынешней непростой ситуации, напрямую зависит дальнейшая судьба этого военно-политического образования. Если коротко, то ситуация вокруг Йемена может как привести к созданию крепкого регионального военного блока, так и похоронить его. Что интересного с практической точки зрения? Прежде всего, как именно в военном плане Турция и Пакистан собираются помогать Саудовской Аравии вообще и, в частности, в её йеменской кампании? Представляется очевидным, что турецкие и пакистанские войска в Йемене не появятся, а всё может ограничиться поддержкой просаудовских сил (войск Президентского совета) в плане обучения, вооружения и предоставления разведданных. Это будет означать, что Анкара и Исламабад станут вести прокси-войну с Ираном, который стоит за спиной хуситов. Для Турции и Пакистана данное решение - сложное по многим причинам, но одна из них явно перевешивает другие: подобная политика повышает вероятность их втягивания в прямой конфликт с Тегераном в среднесрочной перспективе. Поэтому интересно будет посмотреть, насколько решительно турецкие и пакистанские власти будут действовать в Йемене и как будет меняться их риторика по отношению к Тегерану в ближайшее время (реакцию иранской стороны на развитие событий по иранскому сценарию тоже следует оценить). Впрочем, у союзников Саудовской Аравии есть элегантная опция: не лезть в йеменское болото и ограничиться защитой непосредственно саудовской территории. То есть разместить в Саудовской Аравии ограниченные военные контингенты для прикрытия её границы (хуситы вполне могут прпробовать её на прочность) и заняться системным укреплением противовоздушной обороны своего союзника, пытаясь более надёжно прикрыть военные объекты и энергетическую инфраструктуру. Таким образом, Анкара и Исламабад смогут заявить о том, что выполняют свои союзнические обязательства, но уменьшат риск своего вовлечения в малопривлекательную кампанию в самом Йемене. Видимо, на практике именно так всё и будет выглядеть. А что в теории? Любопытно понаблюдать за судьбой Мекканских соглашений в плоскости их превращения (или не превращения) в полноценный военно-политический альянс - аналог НАТО. Ведь и сам Североатлантический блок начинался в 1949 году подобным образом, на первых порах представляя собой лишь соглашение о коллективной безопасности. Война в Корее запустила трансформацию того НАТО в то НАТО, которое мы знаем сейчас. Вопрос в том, запустить ли война с Ираном процесс превращения Мекканских соглашений во что-то большее? Такой результат вовсе не гарантирован, однако имеет отличную от нуля вероятность.