Бараева

Повернется ли у кого-нибудь язык назвать тупыми и косными тех, кто заседает в правительстве Казахстана? Между тем президент не скрывает недовольства экономическим и энергетическим блоками. В прошлом году поменял главу Минтранспорта. Год назад перетряхнул руководство социальным блоком. По сути, претензия у Токаева ко всем одна – чиновники хором отказываются мыслить стратегически. А пойдя, под нажимом сверху, на непопулярные, но нужные меры вроде либерализации энерготарифов, потом шарахаются назад и из стороны в сторону. В Казахстане один усталый источник и генератор судьбоносных инициатив. Это лично президент Касым-Жомарт Токаев. Вот и на последнем Курултае он снова озвучил то, о чем, видимо, боялось мечтать правительство: что нужно производить самим авиакеросин и дизтопливо, что нужно сделать ставку на уголь и массово строить ТЭЦ, не уповая на АЭС; что нужен новый аудит водных ресурсов и т.д. Но скажите, почему все так, а не иначе? Почему опять президент имеет мужество провозгласить судьбоносные цели в сфере энергетики, водопользования и экономики в целом, а не премьер-министр? Потому что это прямой результат большой политической реформы, которую проводит Токаев, причем результат запланированный. В триаде «Сильный президент – влиятельный парламент – подотчетное правительство» правительство – самый слабый и невнятный элемент. Мальчик для битья у сильного президента и влиятельного парламента. Токаев сам распределил роли так: штаб стратегических реформ и решений – это администрация президента, а правительство – их проводник в жизнь, исполнитель. Разве к премьер-министру ходят на ковер все подряд, от руководителей квазигоспредприятий до начальников национальных ведомств, от олигархов до омбудсменов, от акимов до силовиков? Нет, к сильному президенту. У меня вообще сомнения, заглядывает ли кто-то к премьеру Олжасу Бектенову, кроме министров, которых опять-таки тасует президент. Премьеру не дозволено даже сопровождать на ковер к Токаеву собственных министров. Президент общается с ними через голову премьера. В этой ситуации претензии Токаева обязаны быть обращены к себе самому и к его штабу – Акорде. А если не хотим все время искать крайних, переводить стрелки и менять шило на мыло, то нужно отбирать часть полномочий у президента и передавать их правительству и премьер-министру. Подотчетность не должна быть главной доблестью Кабмина. Важна ответственность за результат. Президент указывает цель. Правительство формулирует стратегию ее достижения и защищает в парламенте. И отвечает за сделанное. Акорда контролирует ход событий и вмешивается, если необходимо. Что тут не так? С отказом от «мажоритарки» и ставкой на замшелую партийную бюрократию, ориентированную не на народ, а на собственное выживание, парламент Казахстана рискует в ближайшем будущем пополнить ряды имитационных институтов власти, каковым уже стало правительство. И останется на поляне один «сильный президент», без ансамбля. С кучей бесплодных претензий. Интересно, способен ли поднять все эти вопросы хоть один из 140 членов Конституционной комиссии?