Много сказано о комфорте японской городской жизни. Да и село, во-многом, не отстает. Магазины, ассортимент, чистота, транспорт, общепит — всё это очень хорошо. Задумаешься, конечно, а чем такой комфорт оплачен? Специфическими бытовыми практиками, разрушительной корпоративной культурой, скрытой и подавленной невротизацией населения? Наверняка, но утверждать не буду, и без того у нас антрополог на культурологе сидит и этнографом погоняет. Скажу о главном — в Японии нет электросамокатов. Это небесспорное утверждение, потому что статистически самокаты есть, их даже много. Но в городах их не видно вообще. Им запрещено ездить по тротуарам, а в некоторых районах запрещено ездить совсем. Самокатов не видно не только в Токио, но и в Осаке, в Киото, само собой, не видно на Окинаве или в Фукуоке. Их нет. Видел стоянки где-то на окраинах, возле торговых центров. Кто-то, возможно, ездит. Страна большая, народу полно. Но этой кровоточащей проблемы крупных русских городов — смертельно опасные перегонки с умственной отсталостью — в Японии нет. И дело не в том, что японцы какие-то невероятно воспитанные, сознательные и разумные люди. Просто ездить на самокатах по тротуарам законодательно запрещено. А если нельзя ездить по тротуарам, то смысла есздить остается не много. И город сразу ощущается пригодным для человека. Чтобы сделать город более комфортным, необязательно ставить на каждом углу вычищенные роботы-туалеты. Можно для начала запретить движение самокатов по тротуарам. Причем, движение велосипедов запрещать не стали, и велодорожек в Токио мало. Японцы как обычные человеческие болваны прутся велосипедами на тротуар. И в Токио, и в Осаке, где велодорожки есть. Неважно. Закона нет, люди едут как хотят. Но велосипедов не так много, ездят они медленно, почти не раздражают, и уж точно не представляют опасности. Когда читаешь «Фрегат «Паллада» Ивана Гончарова, не перестаешь удивляться, какой скачок сделали японцы за 150 лет — от полной дикости, до верха цивилизации — запрета самокатов на тротуарах. «Сукна у японцев нет, и не все они знают о его употреблении. Им нарочно дарили его, чтоб они узнавали, что это такое, и привыкали носить. Потребность есть: зимой они носят по три, по четыре халата из льняной материи, которые не заменят и одного суконного. А простой народ ходит, когда солнце греет, совсем нагой, а в холод накидывает на плечи какую-то тряпицу. Жалко было смотреть на бедняков, как они, с обнаженною грудью, плечами и ногами, тряслись, посинелые от холода, ожидая часа по три на своих лодках, пока баниосы сидели в каюте. Еще дарили им зеркала, вместо которых они употребляют полированный металл или даже фарфор; раздавали картинки, термометры, компасы, дамские несессеры, словом все, что могло возбудить любопытство и обратиться в потребность».