Барахло

Важно для понимания! Эльвира Набиуллина о трудовых ресурсах и производительности труда в экономике РФ: Ключевая вещь — у нас есть барьеры на переток ресурсов, а это не только деньги. Этих барьеров три. 1️⃣ В условиях структурных изменений одни отрасли растут, а другие должны снижать свою долю, спрос на них падает. Но многие бизнесы воспринимают это снижение спроса как временное. Поэтому компании даже в убыток себе пытаются удержать рабочую силу, удержать людей на производствах, хотя спрос объективно падает. И это задача для самого бизнеса — понять, это временное падение спроса или структурное. И для банков тоже. У нас до сих пор около половины предприятий говорят о дефиците рабочей силы. Они видят спрос, готовы расширять производство, но им не хватает ресурсов, значит, эти ресурсы где-то заперты. 2️⃣ государство часто помогает льготами, субсидиями в трудную минуту большим и не всегда эффективным. Это как спасательный круг — мы его бросаем, и эти временные меры часто превращаются в постоянные. Например, масштаб льготных нерыночных кредитов в экономике — 19 триллионов рублей корпорациям. Это каждый четвёртый рубль, выданный компаниям, выдаётся по нерыночным ставкам. Значит, кого-то мы поддерживаем. И здесь вопрос, насколько это связано с эффективностью, с производительностью. 3️⃣. на уровне регионов существуют административные ограничения на освобождение от персонала. Это понятно в ситуациях с градообразующими компаниями, но там нужны отдельные программы переобучения людей, помощь в устройстве на другие рабочие места. 📌Иногда говорят, что именно высокая ставка мешает росту инвестиций в технологии, росту производительности труда. Как можно покупать роботов, станки, если нет дешевых денег? Но здесь есть некоторое лукавство, потому что инвестиции за последние три года выросли на треть. Но мы пока не видим, что это вылилось в рост производительности труда. За три года корпоративный кредит увеличился — 38 триллионов рублей. Но деньги идут прежде всего туда, куда идёт господдержка или где стоит государство: доля кредитов государственным крупным компаниям выросла с 20% до 35%. За прошлый год компаниям в целом выросли кредиты на 11 триллионов рублей. Семь крупнейших госкомпаний — 4 триллиона рублей. Сравните: у нас есть программа технологического суверенитета, там за 3 года — 1,4 триллиона рублей. Это показывает, что вопрос не столько даже в доступности кредитных средств, но куда это направляется. 📌Очень важно по всей цепочке стимулировать направление финансовых ресурсов в сектора, где высокая производительность и растущая производительность. И это наши, конечно, совместные скоординированные действия с Правительством, которое определяет меры структурной политики.