Baksicheva🖤

Продюсер 2.0 — Пуль-ми-ко-орт! — шипит она, отчаянно и смешно жестикулируя руками, и ты понимаешь, что после пары недель этой вынужденной городской випассаны вы гарантированно обыграете в «крокодила» абсолютно все ваши знакомые пары. Твой личный Дарт Вейдер сидит на круглом резиновом фитболе, собрав волосы в небрежный пучок, и размеренно дышит через ингалятор. До этого ты три часа подряд успокаивал её рыдания о том, что голос потерян навсегда, а вместе с ним — и вся её карьера, жизнь и смысл существования. Ты отвозил её к врачу, гладил по плечу и твердил как мантра: голос вернется. Должен вернуться. И она понимает: если придется, ты спустишься за ним на самое дно преисподней, договоришься с кем угодно, но достанешь. Ещё полгода назад ты думал, что твой максимум — это выдерживать её безумный продюсерский ритм: поезда и самолёты, звонки из Дагестана, бесконечные ночные «важнавстречи», разгребание последствий её «эксклюзивов» и вечное «Ваня, спасай». Оказалось, то была лишь демо-версия. Она залезет в ванную вместе с ноутбуком и пропадет там на целый час, пока не осознает две вещи: вода давно стала слишком горячей, а вылезти самостоятельно — уже непосильная задача. Потому что внутри неё растет новый человек, а впереди — сдача сценария, и дедлайн, как обычно, был вчера. Ночью начинается отдельный квест. Она просто не сможет повернуться на другой бок — то тянет спину, то раскалывается голова, то неожиданно сведет ногу. В такие минуты ты обнимаешь её и тихо говоришь, что беременность — это самый сложный атлас боли. Но вы справитесь. Вместе. Она меряет уже размер XL, со слезами на глазах разглядывает свои старые фотографии, а ты неустанно повторяешь ей, что она — самая красивая, самая желанная и самая стройная. Хотя ваши друзья уже посматривают с сочувственной приговоркой: «Ух, хороший аппетит, да?» (Хорошо, что ты этого не слышал лично — наверное, прибил бы на месте). Она больше не гуляет по ночам, но в мельчайших подробностях рассказывает тебе, как скучает по тем временам, когда возвращалась домой только под утро, а все снимки той жизни были про сигары, вино и мужчин — ну, или всё три в одном. Ты слушаешь, улыбаешься и успокаиваешь. Всё вернется. И голос, и сигары, и вино. Ты, наверное, правда самый лучший. И она искренне понятия не имеет, как бы справилась со всем этим без тебя. А как ты её терпишь — она не знает тем более. Да, дорогой.