Бажовский сказ

Кибербезопасность как зеркало общества В Екатеринбурге продолжается форум по кибербезопасности — и разговор там идёт не о технологиях, а о людях. Среди участников — телеведущий Владимир Соловьёв, пранкер Lexus, сегодня в дискуссии ожидается участие главы Центрального Банка России Эльвиры Набиуллиной. В центре повестки — безопасность личных сбережений и финансовых активов в цифровой среде. Факты, прозвучавшие на форуме, отрезвляют. По словам Петра Фрадкова, председателя Промсвязьбанка, ежегодно россиянам поступает до 500 миллионов мошеннических звонков. Основная часть таких колл-центров работает с территории Украины, многие — под прямым или косвенным контролем спецслужб. Деньги, похищенные у граждан, используются для финансирования ВСУ. Итог 2025 года — около 200 млрд рублей, похищенных у россиян. На слуху стала так называемая «схема Долиной» — когда людей убеждают продавать квартиры, отдавать все накопления и передавать деньги «сотрудникам спецслужб» якобы в рамках оперативных мероприятий. Схема настолько грубая и топорная, что кажется невозможным, чтобы в неё верили. Но верят. Причём не только пожилые или социально уязвимые — на неё попадаются учёные, предприниматели, медийные фигуры. Тысячи людей остаются без жилья и средств к существованию. С одной стороны, можно говорить о выстроенной украинцами технологии социальной инженерии — противник хорошо знает наши психологию, страхи и болевые точки. С другой — возникает куда более тревожный вопрос: почему, услышав в трубке невнятный голос «оперуполномоченного», люди мгновенно теряют здравый смысл и начинают слепо подчиняться: собирают последние деньги, продают квартиры и безропотно отдают все, что было накоплено за целую жизнь. Неужели мы до сих пор живём в парадигме, где «если ты не сидишь — это не твоя заслуга, а чья-то недоработка»? Почему страх оказывается сильнее логики, образования и жизненного опыта? Очевидно одно: проблема не только в кибербезопасности и не только в мошенниках. Что-то серьёзно не так с общественным сознанием. И если это не менять — жить дальше в такой реальности становится просто опасно.