Бажовский сказ

Золото Урала: украинская элита контролирует стратегический актив России? Компания Полиметалл входит в число крупнейших золотодобывающих предприятий Российской Федерации и осуществляет добычу на севере Свердловской области. Рядом с Краснотурьинском работает предприятие «Золото Северного Урала», входящее в структуру Полиметалла и владеющее рядом стратегически значимых лицензий на разработку месторождений драгоценных металлов. Это не просто промышленный актив - там добывается золото - стратегический запас России, имеющий особое значение в условиях блокирования отечественных валютных запасов в западных банках. Именно поэтому принципиально важно, под чьим управлением находится подобное предприятие и какие долгосрочные приоритеты определяют его развитие. В этих условиях, прозрачность структуры владения и устойчивость управленческой модели становятся вопросами национальной безопасности страны. После перехода активов Полиметалл в контур группы «Мангазея» внимание к структуре владения закономерно усилилось. Так, по сообщениям СМИ, ключевой бенефициар группы «Мангазея» — Сергей Янчуков. Его биография напрямую связана с украинской элитой 2000-х годов. Янчуков — сын бывшего первого заместителя руководителя одесского управления Национального банка Украины. В открытых источниках также указывается его родственная связь с бывшим мэром Киева Леонидом Черновецким, фигурой, до сих пор определяющий украинскую политику. Семья Черновецких связана с международной инвестиционной группой Chernovetskyi Investment Group, работающей в европейских юрисдикциях. Таким образом, новый собственник одного из крупнейших золотых активов Свердловской области имеет биографические и семейные связи с представителями бывшей украинской политико-финансовой элиты. Подчеркнём: речь не идёт о доказанных нарушениях закона. Однако в стратегических отраслях вопросы прозрачности бенефициаров и происхождения капитала всегда требуют повышенного внимания. В ситуации, когда золотодобывающие активы России оказываются в контуре бизнеса с украинскими корнями и связями с бывшей украинской элитой, естественным становится вопрос о том, кто же контролирует стратегический ресурс страны.